## Даниил

### Введение

В книге пророка Иезекииля мы увидели, что правление Бога на земле полностью развивалось в связи с Израилем, в осуждении греха ли, который послужил поводом для суда этого народа, или же в его восстановлении под властью Христа, Отрасль, которая произойдет от дома Давида, кто в книге этого пророка носит даже имя Давида, как истинный "возлюбленный" Богом, при этом в конце книги дается описание храма и его полного устройства. Там мы нашли Навуходоносора, главу язычников, представленного как раба СущегоИеговы (гл. 29,20; 30,24) для осуждения грешного Израиля, который был мятежным и даже отступническим, поклоняясь лжебогам. Бог сделал Израиль центром системы наций, народов и языков, появившихся вследствие осуждения Вавилона и существовавших пред Богом независимо друг от друга. Народ Израиля был, несомненно, очень отдален от всего того, что окружало его, был ли он народом, которому известен истинный Бог, был ли он народом, который имел храм и престол Бога; но каким бы ни было противопоставление между положением Израиля, как народа, и положением других народов, все же Израиль образовал часть той системы народов пред Богом (Втор. 32,8).

Исполняя суд Бога над Израилем, Навуходоносор сразу же отверг эту систему и занял ее место в абсолютном и всеобщем господстве, которое он получил от Бога. Именно об этом и о последствиях этого - господстве главы язычников и царей язычников в различные периоды, характерные для их истории, - повествует книга пророка Даниила, привлекая внимание к остатку Израиля среди этой системы, подчиненному этому господству. Иудейский царь был отдан в руки главы язычников, но царское семя находится в том же положении. Остаток становится особым объектом помыслов Бога, открытых его Духом в данной книге.

Помимо свидетельства, переданного Сущему через факт преданности остатка среди идолопоклоннических язычников, две важные особенности характеризуют его историю, рассматриваемую в данной книге. Первое, Дух пророчества и понимания путей Бога пребывает в этом остатке. Мы видели, что это рассматривалось в книгах Царств, когда весь Израиль пал и существовал во время своей истории под тенью царственности. Теперь дух пророчества снова становится связью народа с Богом и единственным местом покоя для их веры среди разрушения, которое навел на них справедливый суд Бога. Второе, что характеризует деяния Бога по отношению к этому остатку, - это то, что сохраненный Богом во всех несчастьях, в которые грех народа завел его, этот остаток, несомненно, разделит участь, какую Бог дает своему народу, согласно его правлению и по верности его обетованиям. Мы находим это в первой и последней главах рассматриваемой книги.

Данная книга делится на две части, которые легко различаются. Первая заканчивается главой 6, а вторая идет до конца книги, однако первая и последняя главы имеют особый характер, как предисловие и вывод соответственно, извещая о положении остатка, которому, как мы сказали, в начале и в конце было дано откровение Бога.

Два больших раздела также различаются по своему характеру. Первый изображает нам картину господства язычников и различие положения, которые оно примет пред Богом в соответствии с человеческой гордостью, что будет ее животворящим принципом. Эта картина содержит исторические особенности, прямо указывающие на дух, который оживит правящую силу в ее различные периоды; а затем - суд Бога. Это раздел не состоит из прямых откровений Даниилу, за исключением намерения вспомнить сон Навуходоносора. Здесь представлены главы язычников. Говорится о внешней и общей истории царств, которые должны были сменять друг друга, или о различных и последовательных особенностях, которые будут характеризовать их, об их конечном суде и замене царства Христа; и особенно - хождении и суде того, кого сам Бог установил и кто представляет всех других, будучи облаченным этим божественным назначением. Другие уже предопределенно наследовали престол, который Бог передал первому. Именно проблема между Богом и Израилем давала этому царству его верховенство. Именно дух дерзкого идолопоклонства и хулы против Бога Израиля ведет к его разрушению. Глава 6 не показывает беззаконие царя, кроме как подчинение влиянию других. Именно властители народа не признают никого царем, кроме как Бога, и они подвергнутся тому же наказанию, которое стремились нанести тем, кто был предан Сущему.

Вторая часть книги, которая состоит из слов Бога, обращенных к самому Даниилу, изображает поведение глав язычников на земле и их поведение по отношению к тем, кто признает Бога; и, наконец, установление божественного царства в лице Сына человека - царства, которым владели святые. Подробности деяний Бога в отношении своего народа в конце даны в последней главе. Мы также можем заметить, что глава 7 изображает в основном историю западной силы, глава 8 - восточной - два рога. Глава 9, хотя и рассматривает в частности Иерусалим и народ - духовный центр этих проблем, связана ввиду этого с западной силой, которая захватила их. От главы 10 до конца главы 11 мы опять находили на востоке, что грядет суд народам там и установление остатка Израиля в благословении.

Давайте теперь рассмотрим эти главы по порядку.

### Даниил 1

Глава 1 представляет нам, что царственная власть Иуды, прежде установленная Богом над его народом в лице Давида, падет под силой Навуходоносора; а царь, помазанник Сущего, отдан Сущим в руки главы язычников, которому теперь Бог даровал господство. То, что было объявлено Исаией (гл. 39,7), падет на детей царского семени; но Бог наблюдает за ними и благоволит им тем, что хранит их. И это очень характерно для Даниила. В этой главе отмечены две особенности верного остатка в плену: во-первых, будучи верными воле Бога, хотя и находясь вдали от его храма, они не оскверняют себя среди язычников; во-вторых, их молитва услышана, и их понимают, как это мы видим в главе 2 в случае с Даниилом, и дано даже знамение того, что может открыть лишь Бог, равно как и его намерение в том откровении. Они одни располагают этим пониманием, значением божественного благоволения и плодом их верности через благодать. В частности, так случается с Даниилом, чья вера и искренняя преданность отмечают путь веры для его товарищей. Это не мешает их подчинению язычникам, чья власть была по повелению Бога на время. И вот самое важное: место истинного познания разумом божественного ума, что называется тайной Сущего в дни вавилонского растления и власти, есть тщательное сохранение себя неоскверненным от малейшего соприкосновения с тем, что оскверняет, с пищей, которая для нас.

### Даниил 2

С другой стороны, мы видим во второй главе, что могущественный царь язычников сделан главным в истории язычников и всего замысла Бога в качестве того, кто принимает эти божественные изречения, однако с тем, чтобы таким образом изобразить Даниила, плененного отрока Израиля, верным, который держался в Вавилоне отдельно, и которого признал Сущий, и который наследовал его благоволение. Подробности этой главы, как общей картины власти язычников, начиная с господства, дарованного Навуходоносору, должны быть рассмотрены более внимательно.

Сначала мы можем отметить, что языческие царства рассматриваются как одно целое. Не говорится ни об исторической последовательности, ни о духовных чертах в отношении Бога и человека, но сказано о царствах, всех вместе образующих, если так выразиться, личность пред Богом, человека земли в очах Бога - славного и ужасного в его общем великолепии в глазах людей. Четыре верховных царства должны сменить друг друга, великим главой которых Бог поставил самого Навуходоносора. В некоторых отношениях все будет постепенно ухудшаться; и через некоторое время Бог небес воздвигнет другую силу, которая свершит суд над тем, что еще существует, и сделает так, что истукан исчезнет с земли, установив на его месте царство, которое никогда не разрушится. В разливающемся упадке и облике верховного царства не будет господства материальной силы. Железо, которое раздробляет и сокрушает все, характеризует четвертое царство. Особенное превосходство золотой головы, как мне кажется, состоит в том, что она получила власть непосредственно от самого Бога. Действительно, абсолютная власть первого царства была основана как дар Бога небес; все остальные следовали по принципу предопределения. Но Бог, известный нам как верховный, даруя власть голове, заменяя свою собственную власть на земле властью головы язычников, не был непосредственным источником власти для других. Вавилон был властью, установленной Богом. И, следовательно, мы нашли у Иезекииля (что видно и в других книгах), что осуждение Вавилона связано с восстановлением Израиля и престола Бога.

Заметьте, тем не менее, что здесь Бог являет себя не Богом земли, а Богом неба. В Израиле Он был Богом земли. Он будет им опять после возвращения всего. Здесь же действует в верховной власти, как Бог неба, устанавливая человека, в определенном смысле, в его месте на земле. (См. ст. 37, 38.) Будучи более ограниченным, это господство все же характеризуется теми же признаками, что и господство Адама. Отличается же оно тем, что люди помещены под его власть; и оно более ограничено, так как море не включено в его верховную власть, но оно достигает всякого места, где обитают звери земные и птицы небесные. Человеческую силу мы находим в конце этой истории; существующее царство, однако, более удалено от старых взаимоотношений Бога с миром.

Смесь железа и горшечной глины является изменением, сделанным в примитивном образе верховного Римского царства; другое начало представлено в этом; образ остается частично, но добавляется другое начало. Энергичная воля человека проявляется там не в абсолютной степени. Это есть введение в верховное Римское царство начала, отличного от того, что составляло его верховную силу, а именно: воли человека, лишенного совести, военная и народная сила сведены в личности без совести. Есть две причины слабости - разделение и необходимость согласования между началами. Царство (ст. 41) будет разделено, и (ст. 42) оно будет частью крепким и частью хрупким. "Семя человеческое", я думаю, есть что-то вне того, что характеризует собственно силу царства. Но эти два начала никогда не объединятся. Мне кажется, что здесь выделяется варварское или тевтонское начало, как добавленное к тому, что первоначально составляло Римскую империю. Факт разделения виден в стихе 43. Затем объявляется, что в дни этих последних царей, тот, кто правит с неба, установит царство, которое не разрушится и никогда не будет передано другому. Это, собственно, - единственное царство, которое, со стороны Бога, занимает место Вавилонского царства. Бог небес установил Навуходоносора в его царстве и дал ему власть, и силу, и славу, повелевая всем людям подчиняться ему. Несомненно, были и три других по воле того, кто распоряжается всем. И именно лишь в отношении царства говорится еще раз в стихе 44: "Бог небесный воздвигнет царство". Представлен образ и некоторые черты последних четырех царств. Ничего, кроме как о существовании, не говорится о предыдущих двух царствах, за исключением того, что второе из них вмещается в первое. Так что Дух Бога показывает нам божественное установление первого, характер четвертого и божественное установление пятого, или последнего царства.

Мы отметим тот путь, через который это последнее царство устанавливается, и мы знаем и увидим, что это осуществляется посредством судебного и разрушительного действия, которое превращает истукана в прах, раздробляя его, так что не остается и следа (ст. 34, 35). Инструмент этого разрушения не был создан мудростью или планами человека. Камень "оторвался без содействия рук". Он не действует через моральное воздействие, какое изменяет характер объекта, на который он действует. Он разрушает этот объект силой. Именно Бог устанавливает его и придает ему эту силу. Камень не увеличивается постепенно в размере, чтобы вытеснить истукана. Перед тем, как он расширится, он разрушит истукана. Когда он стал большим - это не просто право, данное Богом над людьми, это наполняет всю землю, - то это есть возвышенное место всеобщей власти. На последнюю форму власти, представленную истуканом, обрушивается камень разрушительной силы - когда царство разделено, частью крепкое, а частью хрупкое из-за тех элементов, из которых состоят его части. Мы можем отметить, что Бог разрушает истукана иным способом, чтобы установить царство. Царство, которое Он устанавливает, поражает ноги истукана своим первым действием. Такова внешняя и общая история того, при определении Богом, что заняло место его престола и его правления в Иерусалиме, которое постепенно вырождается в своем общем образе по отношению к Богу и через некоторое время приходит к своему концу через суд, свершенный царством, установленным Богом без человеческого участия. Царство Христа, которое ниспадает на последнюю форму монархии, прежде установленную Богом, уничтожает всю форму его существования и само наполняет мир.

Я не скажу что-либо особенное о четырех царствах. Мы находим, что Вавилон, Персия и Греция отмечены в книге, как уже известные иудеям, а римляне представлены по названию своей территории, берега Ситтим, так что я принимаю без дальнейшего вопроса четыре царства, обычно признаваемые каждым, как указывается в этом пророчестве. Мне не кажется, что данные пророчества оставляют место для какого-либо сомнения на эту тему.

Результат общения, подтверждающего, что Бог находится с остатком, который один понимает его намерения, заключается в том, что надменный язычник признает Бога Израиля высшим на небе и на земле. То, что характеризует здесь остаток, является тем, что Бог открывает им свои помыслы.

### Даниил 3

После такой общей картины нам представлены исторические характерные особенности этих царств, при этом выделяется положение, в которое они попадают из-за их оставления Богом - прежде всего и главным образом - Вавилона.

В главе 3 мы отмечаем первую характерную особенность человека, облеченного высшей властью, чье сердце далеко от Бога, - расстояние, увеличенное обладанием властью. У него свой бог, бог, зависящий от воли человека; и, в этом случае, зависящий от человека верховной власти. Вот человеческая мудрость. Религиозные чувства людей удовлетворены верховной властью; а воздействие религии проявляется в связывании всех членов царства в одну смешанную вокруг головы крепчайшей связью массу без какой-либо видимости власти. Ибо религиозные потребности человека, таким образом, связаны с его собственной волей; а его воля бессознательно подчинена центральной власти. В противном случае религия, самое сильное побуждение для сердца, становится разрушителем в империи. Но воля человека не может сотворить истинного Бога; Навуходоносор же, хотя и признал, что не было никого, подобного Богу иудеев, оставляет его и сотворяет себе бога. Правительство язычников отвергает Бога, источник его силы; а истинный Бог признан только верным и страдающим остатком. Царство поклоняется идолам.

Это - первая большая особенность, которая характеризует господство язычников. Однако верность, что противостоит этой мудрой системе, которая прикрепляет самое сильное побуждение всего народа к воле их главы, объединяя их в поклонении тому, что он представляет им, - верность затрагивает источник всего движения. Идол вовсе не является Богом; и каким бы могущественным ни был человек, он не может сотворить бога. Человек веры, подчиненный, как это мы видели, царю, поставленному Богом, не служит лжебогу, установленному царем, отрицая истинного Бога, который дал ему власть, и он все еще признается человеком веры. Но власть находится в руках царя; и он сделает, чтобы думали, что его воля превыше всего.

Седрах, Мисах и Авденаго брошены в печь, раскаленную огнем. Однако именно при страданиях своего народа Бог, в конце концов, является как Бог. Он допускает, чтобы их верность была испытана на месте, где существует зло, чтобы они могли быть с ним, будучи блаженными там, где полностью явлены его образ и его сила, будь то на земле или, еще лучше, на небесах.

Мы можем отметить, что вера и послушание так же абсолютны, как воля царя. Ничто не может быть прекраснее и спокойнее, чем ответ трех верующих. Бог способен избавить, и Он избавит; и, чтобы ни случилось, они не оставят его. Царь в ярости бросает вызов Богу: "Какой Бог избавит вас от руки моей?" Бог позволяет ему поступить по-своему. Результатом его безудержной ярости стало то, что те, кто осуществил его мщение, уничтожены пламенем огня, предназначенного верным иудеям. Последние брошены в печь, и (внешне) воля царя исполнена. Однако это дано лишь для того, чтобы ярче продемонстрировать силу и верность Бога, который приходит даже в середину огня, чтобы подтвердить, что Он проявляет интерес к верности своих рабов. Для них действие огня заключается в том, что то, чем их связали, уничтожено, и что они находятся в его присутствии в виде, подобном Сыну Бога, и это является сильнодействующим даже в глазах царя, который отрицал его всемогущую силу. В итоге появляется повеление, запрещающее всему миру произносить хулу на Бога иудеев, Бога славы этого слабого и плененного народа.

Заметьте здесь, что остаток характеризуется своей верностью и послушанием. Они проявляют свою верность, отказываясь служить какому-либо другому богу, кроме их собственного: никакой уступки - это означало бы отринуть его. Ибо, чтобы признать истинного Бога, Он один должен быть признан. Истина является, помимо всего, полным откровением его и может лишь распознать себя. Поставить себя на одну ступень с ложью означает говорить, что это не истина.

Мы находим, что эти принципы отмечены в отношении остатка. Они не оскверняют себя тем, что дарует мир, - пищу царя. Они понимают и откровения Бога. Они верны, всецело отказываясь признать любого другого бога, кроме их собственного, который есть истинный Бог. Первый принцип является общим для всех. Второе - Дух пророчества, сосудом которого является здесь Даниил. Третье - часть каждого верующего, хотя там может не быть Духа пророчества. Чем ближе мы к власти мира, тем больше там вероятность страдания, если мы верны. Необходимо отметить, что все это связано с положением и принципами иудеев.

Отметьте также, что языческие воля и власть признают Бога двумя путями и различными средствами, что является преимуществами, дарованными остатку. Первое из этих преимуществ есть обладающее разумом Сущего откровение его помыслов и советов. Это приводит язычников к тому, чтобы признать Бога Даниила Богом богов и Господом господствующих. Это является его положением в отношении всего, что было возвышено над землей. Он - высший на небе и на земле. Второе - то, что Он печется о бедном остатке своего народа и имеет силу освободить их в несчастье, куда мятежная и идолопоклонническая (а потом отступническая) сила бросила их. В результате его здесь признают, а верные ему освобождены и возвышены. Первое - более общее и языческое - собственно признание язычниками Бога; второе - результат избавления для иудейского остатка.

Установление идолопоклоннической общности в религии и гордыня человеческой власти являются характерными для Вавилона, что и представлено здесь. Это безрассудство, которое не знает Бога, наполняет весь ход времени, предназначенного этой власти, - "семь времен". В конце язычник признает для себя, и восхваляет, и благословляет Всевышнего. Затем в данной главе изображаются взаимоотношения языческой власти с Богом, а не просто связь с Богом и иудейским народом. Поэтому имя Бога, глава 4, - Всевышний, который владычествует над человеческим царством; в главе 3 есть "наш Бог" - для сердца верного остатка, и "Бог Седраха, Мисаха и Авденаго" - для мира, который видел избавление.

### Даниил 4

В главе 4 мы видим проявление человеческой гордыни; царь гордится работой своих рук, как будто он создал свое величие. Эта гордыня приводит к суду. Власть низводится до состояния зверей, которые не знают Бога и лишены человеческого понимания. Единственной настоящей привилегией человека, которая облагораживает его, является то, что он может взирать на Бога и признавать его. Без этого он смотрит вниз; он не может удовлетворить себя; он деградирует. Зависимость - это его слава, так как она ставит его пред Богом, позволяет ему узнать Бога; а его ум, соединенный с Богом, получает от него свою глубину и свое знание. Гордость и независимость отделяют человека от Бога; он становится зверем, лишенным настоящего ума. Сейчас такое состояние изображает то из царств, о котором говорит пророк (рассматриваемое как целое пред Богом и представленное главой, установленным Богом, Навуходоносором). Семь времен, или семь лет, проходят над головой Навуходоносора, лишенного рассудка. Он вознес себя; он был и унижен. Времена язычников характеризуются отсутствием всего такого понимания, которое связало бы правительственную власть с Богом. Сотворять идолов, строить Вавилон и не знать Бога - таковы моральные характеристики власти, которую Бог установил на месте его престола в Иерусалиме. Такова моральная способность человека в обладании той властью, которая была передана ему {Престол Давида характеризовался властью в послушании, при этом царю пришлось переписать копию закона и соблюдать его; престол Навуходоносора имеет абсолютную власть, человек главенствует в осуществлении собственной воли - двойной путь испытания человека на месте власти}.

Однако все завершается свидетельством славы всевышнего Бога, царя небес. Навуходоносор признает его величие и благословляет его, и нет теперь его суда. Он признает его присносущим, который смиряет и возвышает того, кого Он пожелает, действуя по своей воле на небе и на земле, при этом все люди есть лишь суета пред его властью и величием. И не избавление верных дает здесь такой результат, а суд, что пал на самих язычников, которые после суда избавлены, и им представлено понимание в отношении Сущего; и в связи с откровением, данным иудеям через Духа пророчества, что Бог даровал остатку. Царь возводит свои глаза к небу, и не остается зверем, который смотрит вниз на землю. Он обретает разум и становится покорным, и радостно благословит Всевышнего.

Мы можем высказаться по поводу имени "Всевышний". Это имя дано Сущему в беседе между Мелхиседеком и Авраамом, и к нему можно добавить: "Владыка неба и земли". Это фактически представляет образ, который Бог примет, когда соберет в одно все во Христе - небесное и земное, а Христос будет истинным Мелхиседеком. Язычники будут полностью подчинены Богу. Это будет время "совершения всего", о чем говорили пророки.

Необходимо, однако, сделать некоторые подробные наблюдения. Суд, за которым следует избавление, производит этот результат. Мы можем отметить силу символа великого дерева. Это - могущественный земли, который может взять под защиту других. В таком случае это некто в высочайшем положении, какое возможно для человека. Птицы небесные гнездились в нем; то есть все люди искали убежища и защиты в нем. Мы видим также, что Бог знает принципы, которые руководят правительствами, рассматриваемыми как представители власти, которой они владеют от Бога. Хотя это не его (как в Израиле) престол на земле, Бог наблюдает за всем и судит то, чему Он передал власть. Он не правит непосредственно; но Он не снимает ответственности с того, кому Он доверил правление, чтобы он мог обладать властью Бога как верховной в этом мире.

Что касается слова "бодрствующий", то я не думаю, что разум, касающийся того, кто принес повеление о суде, заходит за религиозное состояние Навуходоносора. Даниил приписывает это непосредственно Всевышнему. Ангелы могут быть его разумными инструментами, а то, что его управление может быть в некотором роде передано им, не представляет трудности; послание к Евреям, как и другие писания, учит нас, что ангелы служат для этого. Мир, который придет, не будет, следовательно, подчинен им.

Мы видим в стихе 24, что Даниил устанавливает ответственность перед Навуходоносором, убеждая его изменить свое поведение.

Мы можем также здесь отметить, что именно "царя небес", признает Навуходоносор. Это обязательно его место. Бог земли имел свой престол в Иерусалиме. Но затем Навуходоносору не будет места там. Мы нигде в книге пророка Даниила не найдем престол в Иерусалиме, ни морально, ни пророчески. Его пророчества не говорят об этом. Он является пленником среди язычников, верным Богу и наученным им. Но Бог не может быть для него Богом земли {Семя Давида не будет в вавилонском плену, когда Бог займет свое место как Бог земли}. Он - Бог небес, правящий повсюду и всем, действующий по своей воле на небе и на земле, но еще не царствующий над землей как царь земли. Напротив, Он только что отказался от этого и передал власть Навуходоносору; и Он удалился из средины беззакония своего земного народа, чтобы заключить себя в своей верховной и неизменной власти, результаты которой не будут явлены до некоторых пор, но по которой Он правит даже и сейчас, хотя и скрыт от глаз людей.

Читатель, вероятно, ожидает больше подробностей. Это можно найти в словах, обращенных непосредственно к Даниилу. Но те, кто усвоил принципы, которые мы раскрываем (а великая цель этих глав - представить их), будут иметь начала огромной значимости для понимания всех пророчеств этой книги; без этих же принципов значение ее откровений никогда нельзя ясно понять. Необходимо помнить, что мы размышляем на основе нахождения иудеев в плену среди язычников, понимая деяния Бога в отношении их и его суд над их положением, когда власть оставалась в их руках.

### Даниил 5

В главе 5 беззаконие главы язычников в отношении Бога Израиля достигает высочайшей точки и принимает такой характер наглости и презрения, что есть лишь слабая попытка скрыть себя. Среди оргий большого пиршества для господ и вельмож Валтасар повелевает принести сосуды храма Бога, которые Навуходоносор вынес из Иерусалима, чтобы он и его гости могли пить из них; и он славит богов золотых, серебряных и каменных. Безумство царя ставит вопрос, находится ли он с лжебогами или с Сущим, Богом Израиля. Сущий разрешает этот вопрос той же ночью истреблением царя и всей его славы. Предупреждение, которое Бог дает ему, объясняется Даниилом. Но, хотя и подчиненный царю, Даниил не относится к нему с таким же уважением, как к Навуходоносору. Валтасар занял место наглого врага Сущего, и Даниил отвечает ему согласно откровениям Бога о его судьбе и познанному проявлению, которое было у царя из-за его греховности, кто восхвалял своих богов и хулил Сущего. Соответственно, вразумление не было больше исцеляющим и не оставляло места для покаяния. Оно объявило суд: и самого возвещения было достаточно, чтобы разрушить всю наглость нечестивого царя. Ибо он пренебрег вразумлениями, данными ему историей Навуходоносора. Это повествование являет нам последний характер беззакония верховной власти язычников в противоположность Богу Израиля, а также суд, который падает впоследствии на царство, главой которого был Вавилон и которому Вавилон придал свой характер. Ибо, какими бы ни были долготерпение Бога и его деяния в другом отношении к царству язычников, как силе, которой Он передал власть в мире, все было уже потеряно для этих царств даже в дни Вавилона.

### Даниил 6

Теперь возникает другая форма беззакония, не считая беззакония Вавилона (гл. 5). Лично у Кира были хорошие намерения; и Бог, от которого они шли, использовал его для временного восстановления своего народа, чтобы Мессия пришел и явил себя им - последнее испытание своего возлюбленного народа. Следовательно, не Кир, который, как мы это видим здесь, является инструментом беззакония, что стремилось уничтожить Даниила, - той человеческой воли, которая никогда не может быть преданной Богу. Здесь говорится не об идолопоклонстве и не хуле Сущего, а о возвышении самого человека, который исключит любую мысль о Боге, у которого не будет Бога. Это есть одна из особенностей, что характеризует глубины человеческого сердца.

Человеку, в общем, угоден бог, который поможет ему удовлетворить его страсти и его вожделения, - бог, который годится для осуществления цели единства его царства и укрепления его силы. Религиозность человеческой натуры удовлетворяется такими богами, и она охотно поклоняется им, хотя тот, кто величественно устанавливает их, может делать это только политически. Бедный мир! Истинный Бог не годится ни для их совести, ни для их вожделений. Враг наших душ рад развивать таким образом религиозность нашей натуры. Лживая религия устанавливает богов, которые отвечают вожделениям плотского сердца, какими бы они ни были; но они никогда не призывают к общению и никогда не воздействуют на совесть. Они могут навязать ритуалы и обряды, так как они угодны человеку, но они никогда не могут привлечь пробужденную совесть во взаимоотношения с ними самими. То, чего боится человек, и то, что человек желает, является областью их влияния. Они не производят ничего в душе сверх действия плотских радостей и страхов.

Но, с другой стороны, гордость человека иногда принимает такой характер, который меняет все в этом отношении. Человек сам будет богом, и будет действовать по своей собственной воле, и не допустит соперничества, которое его гордость не может вынести. Превосходство, которое не может быть оспорено, если Бог существует, не поддерживает того, кто будет стоять один. Бога необходимо покинуть. Враги верных пользуются этим положением. Жестокость менее изобретательна, за исключением того, что ее хитрость явлена в том, что льстя более высокой власти, она не порицает никого, кроме тех, кто не повинуется и презирает его слово.

Когда есть соперничество с самим Богом, то вопрос с людьми решается с большей небрежностью и меньшей страстью в отношении их. Страсть соединяется с гордостью человека менее, нежели с волей человека. Человек, каким бы ни было его положение, является рабом тех, кто отдает дань своей лести. Своеволие является скорее его собственным хозяином. В этом случае, обманутый своим тщеславием, царь находит себя связанным законами, установленными явно для того, чтобы охранять его окружение от капризов под предлогом приписывания неизменности его воле и его мудрости, - черта, которая принадлежит одному Богу. Даниил брошен в львиный ров. Бог спасает его. Он сделает то же с остатком Израиля в конце века. Суд, который враги Израиля стремились навлечь на тех, кто был верен среди народа, свершается для них самих. Но результат этого суда простирается дальше, чем в предыдущих случаях. Навуходоносор запрещал произносить хулу на Бога Израиля, и он превозносил царя небес, кем был уничтожен. Но Дарий повелевает, чтобы Бог Даниила и Израиля почитался везде как единственно живой Бог, чье царство вечно и кто воистину избавил человека, который уповал на него. Исторически явствует, что у Дария было некоторое чувство уважения к Богу и к благочестию Даниила. Это был не его Бог, а Бог Даниила; и все же он чтит его и даже называет его живым Богом.

Таким образом, мы видим, что идолопоклонство, отсутствие благочестия, гордыня, которая возвышает себя над всем, характерны для великих царств, о ком Даниил повествует нам, равно как и о причинах их суда. Результатом суда является признание Бога иудеев живым и спасающим Богом, и Всевышним, который владычествует над человеческим царством. Те же особенности будут найдены и в последние дни. Этим завершается первая часть книги.

### Даниил 7

Мы подходим теперь к словам, изреченным самому Даниилу, содержащим не просто общие принципы, но и подробности, связанные с народом Бога и язычниками, которые угнетали их, - исторические подробности, хотя и данные пророчески заранее.

Основной темой главы 7 является история четвертого зверя, или последней формы царства язычников, которая началась в Вавилоне, - великое западное царство, в котором должно было развиться все, чем человек, обладая властью, стал бы по отношению к Богу и к верным. И поэтому представлены его взаимоотношения со святыми в толковании. О западном звере говорится кратко. Четыре зверя выходят из моря, то есть из волн человеческого населения. Эти царства не рассматриваются здесь как установленные Богом, а в их чисто историческом характере. Мы видели царство, установленное непосредственно в лице Навуходоносора. Но здесь - хотя каждое существующее царство установлено Богом - они рассматриваются в их историческом аспекте. Звери выходят из моря. Пророк первый видит их всех сразу, поднимающихся из возбуждения народов. Эта часть видения содержит характерные черты, но не называется время.

В стихе 4 мы видим Вавилон во власти, а затем - униженным и покоренным. Тело льва с крыльями орла; то, что, по-человечески говоря, было самым великолепным и энергичным в силе, - то, что парило над народами в самом высоком и быстром полете, - характеризовало эту первую энергию человеческого разума, когда воля Бога передала ему царство мира. Это место он теряет.

Второй зверь ел много, но не было у него ни энергии, ни быстрого полета первого; он скорее присваивал себе другие царства, нежели создавал царство; удвоенный в своей силе в начале, он поднял себя с одной стороны больше, чем с другой. Он - жестокий, но сравнительно неуклюжий; это - Мидо-Персидская империя.

В этой главе мало говорится о третьем; легкость и деятельность характеризует его, и владычество дано ему. Это - царство, основанное Александром.

Четвертый зверь - предмет отдельного видения.

Хорошо бы сейчас отметить, что глава разделена на три видения, за которыми следует толкование, данное пророком. Первое видение - о четырех зверях, увиденных вместе, при этом слегка обрисован характер первого. Второе видение описывает четвертого с гораздо большими подробностями. Третье видение представляет появление подобного Сыну человека, что дошел до Ветхого днями. Они начинаются соответственно в первом, седьмом и тринадцатом стихах; объяснение занимает остаток главы, начиная со стиха 15.

Черты четвертого зверя обрисованы ясно. Он весьма сильный; он пожирает и сокрушает, остатки попирает ногами. У него не такие черты, как у предыдущих царств. У него десять рогов; то есть его сила должна быть поделена на десять отдельных царств. Сила и жадность, которые ничто не щадят и не уважают, захватывая все или попирая ногами, невзирая на совесть, - таковы моральные характеристики четвертого зверя. Его разделение на десять царств выделяет то, что касается его вида. Простоты других царств будет не хватать ему. Но это не все. Другая очень отличительная и особенная черта привлекла внимание пророка. Рассматривая рога, он увидел, как еще один небольшой рог вышел между ними: три первых пали перед ним; он обладает проницательностью и умом человека; его притязания очень велики. Вот что его характеризуют. Власть поднимается среди десяти, три из которых свергаются. Эта власть дальновидна и проницательна в своем разуме. Она не только обладает силой, но у нее есть мысли и замыслы за исключением планов о честолюбии и правлении. Это - зверь, который поступает морально, который разумен и имеет притязания, полные гордости и смелости. Он, моральный и систематический (в зле), характеризуется рассудком, а не просто силой завоевателя. Этот рог имеет глаза человека.

Затем установлены престолы {Этот перевод почти везде считается правильным}, и Ветхий днями восседает. Это - восседание судей, престола суда Сущего; не говорится где, но о его результате на земле. Слова небольшого рога - повод для свершения суда. Он свершается над зверем, который уничтожен, и его тело предано огню. Что касается других зверей, то их господство уничтожено, но их жизнь продолжалась; четвертый же истреблен со своим господством. Картина образует часть видения четвертого зверя и особенно связана с ним.

В стихе 13 представлено видение. Некто, подобный Сыну человека, дошел до Ветхого днями и получает царство и всемирное господство - владычество Сущего вверено человеку в лице Христа и заменило царство зверя. Заметьте, что здесь говорится не о свершении суда, а о получении земного царства; ибо во всем этом темой является правление землей.

В объяснении выделяем две части. Стихи 17, 18 - об общем; а затем повествуется с большими подробностями в отношении четвертого зверя (ст. 19-28). Общая часть объявляет, что эти четыре зверя - четыре царя, или царства, которые восстанут от земли: но святые Всевышнего примут царство и будут владеть царством вовек. В этом изложении выявляются две огромные особенности: земное царство и царство святых Всевышнего (первое состоит из четырех царств). Нам даны некоторые подробности в отношении четвертого из них. Необходимо отметить здесь, что в объяснении есть весьма интересный элемент, чего не было в видении, к которому относится объяснение, а именно то, что касается святых. Сообщая пророку значение видения, Бог не мог не упомянуть их. Стих 18 представляет их уже в противоположность земным царствам. Было видно, что эти царства представлены в видении в соответствии с их общим и внешним характером. Здесь Дух Бога говорит о том, что сделало их поведение интересным для сердца Бога, который откроет это пророку. Святые непосредственно представлены взору, но в состоянии страдания (ст. 21). Это первая черта небольшого рога, когда речь идет о его действиях.

Но для стихов 21, 22 требуется сделать несколько больше замечаний. Небольшой рог не только ведет брань со святыми, но превозмогает их до определенного времени (то есть пока не приходит Ветхий днями). Здесь дано нечто более определенное, чем то, что Бог осудит наглость человека. Мы больше не затрагиваем общее повествование и общие принципы, а обращаем внимание на святых в лице пророка. Именно приход Ветхого днями уничтожает власть небольшого рога над святыми.

Результатом этого великого изменения, этого вмешательства Бога, являются другие важные события: во-первых, суд дан святым Всевышнего; во-вторых, святые овладевают царством. Обратите внимание здесь на особое имя "Всевышнего". Небольшой рог преследует святых на земле и превозмогает их, пока не приходит Ветхий днями. Но суд дан не только святым Всевышнего. "Разве не знаете, - говорит апостол, - что святые будут судить мир?" Но тем не менее мы не должны идти далее того, о чем здесь написано. Не сказано "собранию" - такой мысли нет в этих отрывках. Именно святые связаны с Всевышним {При взаимоотношениях с людьми Бог принимает четыре имени: Всемогущий (Быт. 17) - со старейшинами; Сущий - с Израилем (Исх. 6); Отец - с христианами (Иоан. 17); Всевышний - в тысячелетии (Быт. 14) и здесь у Даниила. Сравните Пс. 89. Имя Отца существенно меняет все положение, соединяя нас с Христом, Сыном, в котором Он открывается. Евангелие по Иоанну особенно показывает это}, Богом небес, когда земля находится в руках тех, кто не признает его и когда его суд еще не свершен, чтобы спасти их от страдания и от злобы нечестивых. Это применимо в принципе ко всем периодам со времени падения, пока не пришел Ветхий днями. Но есть период, особенно характеризуемый этим духом мятежа, а именно: период власти небольшого рога. Дальше говорится о другой общности лиц - народе святых Всевышнего. "Царство дано будет им". Но в этом случае Дух не говорит "суд".

Таким образом, в стихе 22, когда упоминается царство, говорится, что "царством овладели святые", а не "святые Всевышнего". Следовательно, мы видим силу небольшого рога, которая направлена против святых и превозмогает их, конец чему положил Ветхий днями, при этом земля является местом того, что происходит. Это событие сопровождается двумя другими событиями, которые следуют из него и меняют весь вид мира. Суд дан небесным святым, и царство дано святым. Первое из этих двух событий ограничивается небесными святыми. Второе - более общее, и святые на земле разделяют его в соответствии со своим состоянием, не исключая святых на небесах в соответствии с их состоянием.

В стихе 23 начинаются исторические подробности небольшого рога. Излагаются общие черты четвертого зверя. Он пожирает, попирает и порабощает все. Это не только объединенное царство того или иного размера; оно опустошает всю землю как бы по праву. Затем десять царств восстают из царства, разделяя его силу. Это - его внешняя и общая черта. Но когда уже существуют десять царств, то другая сила иного характера поднимается из десяти, три из которых она подавляет. Теперь этот рог произносит слова против Всевышнего - возвеличивает себя в словах против него. В своей злобе он угнетает святых, которые объединены в сердце с Богом небес и признают его имя и его власть на земле. Он стремится отменить у них религиозные праздники и законы; и они переданы в его руку на три с половиной года. В этом последнем обстоятельстве мы довольно четко представляем притеснителя иудеев. Вся их система передана в его руку. Вот три особенности, которые достаточно ясны и понятны: он произносит слова против Всевышнего; он преследует тех, кто признает Бога небес и чьи сердца обращены туда (ср. Пс. 11,4); и он уничтожает общие черты земной религии.

Надо помнить, что здесь вовсе не говорится о собрании, за исключением таких общих выражений, которые можно применить к любым святым на земле, кто взирает вверх. Следует заметить, что не святые (как это представлялось) отданы в руку небольшого рога, а формы иудейской религии. Бог может желать и разрешить, во благо святых, чтобы было преследование; но Он никогда не отдает своих святых их врагам. Он не мог сделать этого, Он не может оставить и покинуть своих. Словом, какими бы ни были общие принципы, которые можно всегда применить, это пророчество, как особое и определенное откровение, относится, как и вся книга, к земле, из чего нет собрания, и к иудеям, в отношении которых Бог осуществляет свое правление на земле.

Это, разумеется, проливает свет на три характерные особенности небольшого рога. Он восстает против Всевышнего. Он произносит слова против Бога и против святых, которые, поднимаясь в духе над землей, признают Всевышнего Богом небес и уповают на избавление его рукой; чьи сердца ищут убежища в нем, когда земля отдана в руки нечестивых. Все те, кто, таким образом, поддерживает истинное свидетельство против человека, который присваивает себе всякое исключительное право на земле и ничего не будет иметь общего с небесами, преследуются им. Через некоторое время, когда иудеи восстанавливают свои постоянные праздники и обряды, его тирания, которая не допускает никакой власти, кроме собственной, разрушает все следы этих обрядов; но напрасно, ибо это восстановление в неверии было все же свидетельством существования Бога земли. Однако восседают судьи, чтобы увидеть всю эту гордость. Владычество небольшого рога погублено и истреблено. Мы можем заметить здесь, что фактически небольшой рог в конце концов владеет верховной властью. Его господство разрушено. Затем царство и господство под всем небом даны "народу святых Всевышнего". Мне кажется, что значение этого замечательного выражения, как оно и есть, достаточно просто. Всевышний царствует, но Он царствует в связи с системой, которая делает очевидным, что "небеса правят" (как говорится об этом в случае с Навуходоносором). Земной человек будет царствовать, и он бросает вызов небу; и, удаляя землю от правления того, кто обитает на небе, он будет обладать ей независимо от Бога. Но суд показывает его безрассудство, и Всевышний царствует вовеки. Святым, которые признали его, даны суд и слава, и люди, которые принадлежат ему на земле, имеют превосходство и царствуют. Это - иудеи. Но, несомненно, царствует именно Бог.

Два слова переводятся как "Всевышний" - одно из них в единственном числе, а другое - во множественном. Последнее означает "высоты". Я не сомневаюсь, что от этого слова произошло "небеса" в послании к Ефесянам, которое, однако, идет намного дальше в откровении, сделанном там. Ибо здесь "правление" - лишь тема, а в послании к Ефесянам это - то, что принадлежит небесам, или то, что в них. Это различие дает нам возможность понять разницу между собранием, или даже христианами, и святыми Всевышнего в Дан. 7. Что касается христиан, то это те, кто наследует в духе, по крайней мере, благословение небес, находясь здесь во Христе, борясь против духовного нечестия, которое есть тут. Здесь же, наоборот, это правление, которое по праву принадлежит небесам и тому, кто царствует там, которое должно быть признано в присутствии силы, что отрицает и устанавливает себя против этого, предпочитая не признавать никакой другой силы на земле, кроме ее самой. Значение этого пророчества легко понять. Признать право правления на небесах и находиться там, наследуя благословения, принадлежащие им, - две разные вещи. Все имеет свое место в мыслях Бога, где царствует совершенный порядок.

Подводя итог, мы обнаруживаем, кроме власти четырех зверей, западную власть, последнюю среди десяти и, наконец, царство в руках рога, который подавляет три из десяти рогов и ставит себя против Бога Всевышнего, преследует и превозмогает святых, разрушая своими преследованиями тех, кто отождествляет себя с Богом небес, отменяя все иудейские обряды; в итоге же его самого истребляют. Эта отмена иудейской системы продолжается три с половиной года, или 1260 дней; период времени, который относится только к этому последнему пункту. Все остальные типичны, но не хронологичны.

Правление земли, прежде данное человеку в лице Навуходоносора, опять не устанавливается - как это было в Иерусалиме - через простой земной престол. В некоторое время, когда земная власть восстает против Всевышнего, святые принимают характер, который является результатом того, что они взирают на небеса и на того, кто царствует там (Бог по отношению к своему правлению землей принял имя Бога небес), - очень понятное положение, видя, что Он оставил Иерусалим.

Именно святые Всевышнего примут царство; но после суда над мятежным рогом земные люди господствуют под всем небом, завися от тех, кто на небе.

Таким образом, нам представлены три ясных и важных начала в деяниях Бога. Во-первых, земной престол в Иерусалиме оставлен; языческий престол установлен властью Бога, Бога небес; и эта языческая сила восстает против того, кто дал ей власть. Во-вторых, выделены святые через их признание того Бога, которого земная власть отрицала; они с небес, где теперь у Бога - свое место и свой престол, которого больше нет на земле в Иерусалиме. В-третьих, мы видим, что суд свершен над мятежной властью; суд дан этим святым Всевышнего; земной народ установлен в царстве под небесами в связи с ними. Это владычество Бога небес, которое вовеки. В связи с этим для него характерно то, что кто-то возвышенный получает царство. Сейчас это не Мессия, признанный царем Сиона, а некто в виде Сына человека; имя много большей и широкой значимости. Таково изменение от Пс.2 до Пс.8 {Вызвано отвержением Мессии}. И не только здесь; ибо, когда события совершаются, то мы находим, что сам Ветхий днями приходит и уничтожает власть, которая причиняла страдания святым, - что Христос (как широко это представляют Псалмы и евангелия) есть Сущий.

Мы видим здесь великую картину правления человека, входящую во все характерное развитие его в конце, и его отвержение правлением Бога, которое устанавливает во власти верных, а над всем - самого Сына человека и его народ на земле.

Следовательно, святые Всевышнего будут теми, кто, когда собрание, о котором здесь не говорилось, уйдет, посмотрят и признают власть там, а если будут убиты мятежной силой, то получат свое место наверху. Мы находим их опять в Откр., в частности, в гл. 20, и там даны две общности. Стан святых - это сбереженный остаток на земле.

### Даниил 8

Глава 8 изображает подробности того, что происходит с другой стороны Иудеи в отношении иудеев. Два царства - Персия и Греция, или восточные, которые сменили империю Вавилона, когда было дано пророчество, названы лишь для того, чтобы указать страны, в которых эти события должны произойти, и представить их нам в их историческом порядке. Персидская империя уничтожена царем Греции, чья империя затем делится на четыре царства, и из одного из них поднимается сила, которая образует главную тему пророчества.

В толковании мы находим утверждение, что события, о которых здесь повествуется, происходят "в последние дни гнева". Здесь имеется в виду гнев на Израиль (гл. 11,36). Об этом времени гнева говорится в Ис. 10,25; оно завершается уничтожением Ассура, который (ст. 5) является его основным инструментом. Все эти отрывки показывают нам, особенно если рассмотреть их в контексте, что события этих пророчеств свершатся в последние дни. Это будет "бедственное время для Иакова, но он будет спасен от него". Господь сам ссылается на этот период (Матф. 24), привлекая внимание своих учеников к тому, что говорит Даниил, касаясь его. (Ср. Дан. 12,1-11 со словами Господа.) Мне кажется, что пророчество в нашей главе не относится к последним дням так абсолютно, как объяснение {Мне кажется, что это как раз то, ибо события, которые происходили при наследниках Селевка, первого северного царя, послужили образом, или частичным и предвосхищающим исполнением того, что случится в последние дни. В главе 11 и здесь есть описание или сильная ссылка на то, что делал Антиох Епифанский. Одиннадцатая глава повествует об этом, я думаю, исторически. Намерение Бога в пророчестве находится в событиях последних дней; а это все, что дано в объяснении}. То, о чем говорилось в пророчестве, есть не последние дни гнева, а то, что небольшой рог возвышается из одного из четвертых царств, которые последовали за Александром. Тем не менее великой целью Духа является то, чтобы открыть, что случится в конце времени (ст. 17).

Надо бы отметить, что ни одно объяснение притчи или неясного пророчества в Ветхом или Новом Заветах не является просто объяснением. Оно добавляет то, что открывает в итоге значение путей Бога или фактов, описавших то, что неясно, как через внешние суды, которые оправдывают духовное осуждение его народа, когда вера только различает намерение Бога, так и через некоторые признаки, которые дают настоящее значение событий для святых. Действенный суд проясняет то, что лишь духовный суд распознал до этого, и, следовательно, является толкованием. Но можно добавить другие обстоятельства, чтобы показать намерение Бога в деле. Словом, Бог собирает своему народу то, что придает истинную ценность предшествующему, или направляет их в их мыслях, касающихся сказанного через откровение его судов. Это является тем, что практически подкрепляет их в его мыслях.

Давайте исследуем основную особенность небольшого рога. Власть, обозначенная "небольшим рогом", увеличивает свою территорию к востоку и к прекрасной стране, или украшению (востока), то есть, как мне кажется, к Иерусалиму или Сиону. Этот рог возвышает себя против небесного воинства и низвергает на землю часть воинства и звезд и попирает их.

Кто имеется в виду под этим выражением - "воинство небесное и звезд"? Давайте вспомним, что перед нами иудейская система. Однажды уяснив это, нетрудно объяснить отрывок. Это выражение применяется к тем, которые, по крайней мере, явно, окружают престол Бога, и особенно к тем, что возвышенно сияют среди них. И это не верные, которые взирают на небеса и о которых повествует глава 7. Быть небесным воинством - вот что описывает положение, а не духовное состояние. (Ср. ст. 24.) Но данный отрывок предполагает, что иудеи опять находятся в таком положении пред Богом, даже если это лишь суд. То есть они опять предстали пред взором Бога, будучи во взаимоотношениях с ним, как объектом, о котором Он заботится, как народ, все еще ответственный за свои прежние отношения с ним, хотя власть язычников все еще существует. Теперь, если их состояние не отвечает положению, которое они приобретают пред лицом его, то они являются самим фактом этого положения, объектом судов Бога.

Более того, заметьте, что здесь говорится о грехе, а не о мерзости, которую кто-то устанавливает и которая опустошает; а в толковании грех также достигает своей вершины.

Этот рог является далее инструментом наказания иудеев, которые обратились - что касается вероисповедания - ко взаимоотношениям с Сущим и вернулись в свою землю, принимая черты его народа, неся, впрочем грех против него до наивысшей точки. Рог полностью уничтожает некоторых из них. Но это не все; он (ибо слово не является более местоимением, обозначающим неодушевленный предмет вкупе со словом "рог", и изменено, вероятно, чтобы обозначить лично царя) возносится даже против вождя воинства. Он предъявляет свои притязания настолько, что противопоставляет себя ему, ставит себя против Христа в его образе вождя Израиля, против судьи, который грядет, главы Израиля, который есть сам Сущий; ибо грядет Ветхий днями. Здесь, однако, все рассматривается с точки зрения иудеев. Он - вождь Израиля. Мы видим, что это Сущий, ибо именно его жертва отнята - его святилище поругано; но Он представлен как вождь воинства {Я немного исследовал следующее: может ли небесное воинство не означать силы земные (иудеи только занимают место в нем, потому что они должны быть направлены Богом; и они являются такими для духа пророчества). Я не отвергаю эту мысль; но представляется, что Дух именно иудеев держит в поле зрения (ст. 13). Стих 24 мог заставить нас поверить, что Он разрушает других рядом с иудеями. Но Он, главным образом, - глава иудеев. Если бы кто-то даже применил имя "вождь вождей" к этому верховенству, то аналогия слова оправдала бы применение. Связь между воинством и святилищем в стихе 13, мне кажется, показывает, что Дух имел в виду главным образом тех евреев, которые окружали место престола Сущего}. Ежедневная жертва отнята у него, а не "им" {Несомненно, в тексте говорится, что жертва отнята у вождя воинства. Вопрос, однако, остается: кем? Кери (который в общем, я думаю, является лучшим авторитетным источником, когда есть варианты в иврите) говорит: "И был отнят у него", не говоря кем; Хетив: "Отнял у него", что приписывает это небольшому рогу}. Иудейское почитание, оказанное Сущим, подавлено, его святилище поругано, а время несчастья определенно для ежедневной жертвы (так я понимаю стих) из-за греха; и небольшой рог {В иврите есть различие в роде. Он, кто вознесся (ст. 11), - мужского рода, в то время как в конце стиха 12 "он" в словах "и он, подвергая" - женского рода, согласующееся со словом "рог", которое в иврите относится к женскому роду} (здесь снова употребляется "он" как местоимение, заменяющее существительное неодушевленного рода) свергает правду и процветает. Продолжительность всего видения с особым отношением к греху, который называет его, и, может быть, охватывает также продолжительность греха, который опустошал; словом, вся сцена греха и последующего опустошения (святилище и воинство попраны) продолжается 2300 вечеров и утр.

В стихе 19 мы видим, что толкование связано с концом времени - очень важное наблюдение для понимания отрывка {Видение говорит в частности о Селевкидах, или азиатских наследниках Александра; их деяния. Я не сомневаюсь, что особенно деяния Антиоха Епифанского упоминаются в видении, хотя стих 11 и первая половина 12, как отмечено, разделены. Следовательно, 2300 вечеров и утр применимы ко всему, что стоит за действиями Селевкидов, и стих 26 подтверждает это. Толкование (ст. 23-25) относится только к последним дням. О святилище не говорится, но о разрушении "народа святых" (иудеев), и восстании против вождя вождей. В стихе 26 читаем: "Ты сокрой это видение", а не "почему?"}. И вот, что случится в последние дни гнева (для Израиля), когда грех иудеев достигает своей высоты. Царь, наглый и искусный в коварстве, восстанет; он что-то вроде учителя или раввина, но гордый и наглый. Он укрепится, но не своей силой. Он произведет удивительные опустошения, будет успевать и действовать, губя сильных, или великое множество лиц, и особенно "народ святых", то есть иудеев (гл. 7,27). Он хитер, а его коварство успешно. Он превознесется своим сердцем и погубит многих посредством лживой и неверной защиты. Через некоторое время он восстанет против владыки владык. Он затем будет сокрушен без вмешательства человека в конце времени, когда намерения Бога будут раскрыты. Когда его гнев на Израиль преисполнится, а грех этого народа уже достигнет своей высшей степени, царь восстанет из одной части бывшей Греческой империи, чья власть будет характеризоваться распространением на восток, юг и к Иерусалиму; то есть она будет установлена на месте настоящей Турции в Азии, и она будет стремиться к Иерусалиму. Эта власть вызовет много разрушений, и ее сила будет велика; однако, собственно говоря, это не будет ее собственная сила. Царь будет зависеть от какой-то другой силы. Он также уничтожит иудейский народ. Но есть что-то большее, чем разрушительная сила; есть черта мудрости, напоминающей мудрость Соломона. Он очень искусен и преуспевает в уничтожении иудеев, успокаивая их защитой, в которой они забывают Сущего. Мы видим, что он затем обращается с иудеями не только как завоеватель, но и как учитель, и с коварством обращается с обманчивым миром. Через некоторое время он восстает против Христа в его образе владыки владык или царей земных, то есть в его образе земного превосходства. Он уничтожается божественной силой, а не рукой человека.

Этот царь отличается от небольшого рога главы 7, который правит великим западным зверем. Он - царь восточный, который восстает не из Римской империи, а из бывшей Греческой империи, установленной в Сирии и примыкающих странах, и получает свою силу где-нибудь так, но не из своих источников. Он будет вмешиваться (по-своему) в религиозные дела иудеев; но мне кажется, то, что говорится о нем, больше характерно для опустошителя, которому Бог позволяет, чтобы враг поднялся из-за грехов его народа, чем из-за того, кто заключает союз с ними на время, чтобы разрушить и защитить, а затем уйти в глубины отступничества. Это тот, кто будет угнетать их, действуя на востоке, так как небольшой рог из главы 7 правит на западе {Глава 7 показывает силу или рог запада; глава 8 - востока; глава 9 изображает состояние Иерусалима под властью запада; главы 10, 11 - состояние под властью востока, включая своенравного царя}. Это опустошение представлено нам в связи с небольшим рогом.

Стих 11 {Первая половина двенадцатого стиха, завершаясь словом "нечестие", образует на самом деле часть этого вводного слова. 2300 дней относятся, следовательно, к историческим временам. Все, что мы узнаем о них из объяснения, которое раскрывает еще то, что должно наступить, - видение верно. Вводная часть, что идет от слова "и" (ст. 11) до "нечестие" в стихе 12 не связана с "он" из стиха 12} является чем-то вроде вводного слова, которое относится полностью к вождю воинства; и две вещи, которые упоминаются (а именно, что жертва отнята у него и его святилище поругано) представлены в связи с вождем как часть разрушения Израиля, чтобы, как мне кажется, завершить его описание, не указывая, кто это делает. О них не говорится в повествовании о царе в конце главы. Они составляют часть опустошения дней, на которые ссылаются в стихе 11.

### Даниил 9

Глава 9 представляет нам видение, касающееся людей и святого города, являющееся результатом исповеди и заступничества Даниила. Это дано, как отмечалось, в связи с притеснением западной силой. Действительно, подробности связаны с притеснением. Пророк понял (не через прямое откровение, а через изучение пророчества Иеремии, через использование тех простых средств, которые находятся в пределах досягаемости духовного человека), что плен, продолжительность которого объявил Иеремия, приближался к концу. Воздействие на мысли Даниила (верный признак Божьего пророка) должно было произвести страстное заступничество на благо опустошенного святилища и города, который любил Сущего. Он изливает свое сердце в исповеди пред Богом, признавая грех народа и его царей, ожесточенность их сердец, истину Бога, навлекающего на них зло. Он взывает о милостях Бога и просит благоволения ради самого Сущего. Пророчество является ответом Бога на его молитву. Семьдесят седьмин определены для народа Даниила и для его святого города. Сущий еще не признает их определенно своими, но Он принимает заступничество пророка, так как Он прежде принял заступничество Моисея, Даниил говоря: "На городе Твоем и на народе Твоем", выступает посредником. У него мысли Бога - его слова; и, следовательно, он может ходатайствовать. (Сравните по этому весьма интересному моменту Быт. 20,7; Иер. 27,18; Иоан. 15,7.)

По истечении семидесяти седьмин, отделенных от веков, придет время, определенное Богом, чтобы покрыть, запечатать грехи и избавиться от них; загладить беззаконие и ввести вечную правду; запечатать (все) видение и пророчество и помазать святое святых: и это, заметьте, в отношении народа Израиля и города. Это - полное восстановление народа и города в благодати.

Этот период семидесяти седьмин разделяется на три части: семь, шестьдесят две и одну. Во время первой части, или семи седьмин, опустошенный город и его разрушенные стены будут восстановлены, но в трудные времена. После шестидесяти двух седьмин, то есть после взятых вместе шестидесяти девяти седьмин, Мессия будет предан смерти и не будет (это истинный смысл слов). Он, кому принадлежат царство и слава, вместо того, чтобы получить их, будет предан смерти и ничего не будет иметь. Но после этого события город и святилище, которое восстановлено, будут разрушены, и конец будет, как опустошительный поток; и будет повеление или определенный указ об опустошении до конца войны. Это есть, в общем, полная история опустошений. Шестьдесят девять седьмин завершились - затем предан смерти Мессия; но точное время, когда это происходит, не указано. Ход семидесяти седьмин, таким образом, полностью нарушен. Смерть Мессии не была временем восстановления народа и города. Четко провозглашается результат - период опустошения до конца: его продолжительность не указана. Мы найдем в главе 11 тот же способ рассмотрения подобного периода. Народ вождя, который должен был еще прийти, разрушит город.

После этого Дух Бога повествует о семидесятой седьмине, подробности которой еще не были раскрыты. Вождь, который придет, утверждает завет со многими иудеями. (Слово "многие" {Слово "многие" имеет в иврите артикль; то же есть в других частях книги пророка Даниила, к которым мы привлекаем внимание читателей и которое ясно доказывают, что речь идет о множестве народа - "многие". Ту же форму слова находим в греческом языке} указывает на множество людей.) И вот первое, что характеризует седьмину: иудеи образуют в тот день союз с главой народа, который прежде разрушил их город и их святилище. Они образуют союз с главой Римской империи. Это относится к седьмине как к целому. Но по прошествии половины седьмины {Мы можем отметить, что Господь лишь кратко говорит о последней половине седмины, о трудных временах, которые наступят после установления идола, и будет мерзость запустения в святом месте. Некоторые думают, что только эта половина седмины должна пройти, а Христос был предан смерти в середине седмины. Другие думают, что семидесятая седмина полностью прошла до смерти Господа, но она считается (а Иисуса отвергли), и эту седмину опять находим во время связи иудеев с нечестивыми. Вот о чем повествует отрывок: во-первых, вождь, глава Римской империи, в последние дни заключает союз, относящийся к одной целой седмине; с другой стороны, Господь говорит о последней половине как о том, что должно произойти непосредственно перед его явлением, как времени великого несчастья, которое предшествует ему. Если бы это было все, то предшествующая история вождя, который придет и заключит союз, попала бы в общую историю положения вещей. Вопрос о том, остаются ли одна или две половины седмины, которые должны быть исполнены, и таким образом, во время проявления силы зла, я приберегу (что касается его полного развития) для книги Откровения, отмечая только, что Мессия предан смерти после 69 седмин. Мы знаем из Нового Завета, что его служение продолжалось только половину седмины. Этому вождь иудеев, с которым он заключает союз, не придает ясного значения. Толкование этого отрывка понятно; имея союз на седмину с вождем, который грядет, как если бы только 69 недель истекли, Мессия и предание его смерти игнорируются, равно как и половина седмины крайнего угнетения из-за идолов до предопределенной гибели} все изменяется. Этот глава сотворяет так, чтобы прекратились жертвы и их приношение; а из-за защиты идолов появляется опустошитель; и до предопределенной {Это представляет выражение, постоянно используемое для последних судов, которые падут на иудеев. (См. Ис. 10,22; 28,22.) Второй стих этой последней главы сравнивает опустошителя с наводнением, как и в стихе 26 той главы, которую мы рассматриваем. Внимательный читатель заметит, что эти отрывки относятся также к событиям последних дней. Обратите также внимание на союз в Ис. 28,15} гибели опустошителя будет суд.

То, о чем здесь объявлено, являет, что семьдесят седьмин находятся в стороне от истории города и народа Даниила. В течение этих семидесяти седьмин Бог находится во взаимоотношениях с Израилем {Власть язычников существовала в то же время. Мы знаем из писания, что восстановление Иерусалима произошло в царствование язычников, как и весь ход шестидесяти девяти седмин, которые, несомненно прошли. Семьдесят имеют такой же характер в этом отношении. Только в конце семидесяти даруется прощение. Кто бы ни был инструментом заключения союза, четвертый зверь будет в то время правящей силой язычников, которой Бог передал власть. Очень важно, если мы поймем семьдесят седмин, отметить данное положение: иудеи восстановлены, город обустроен, но язычники еще занимают престол мира. Семьдесят седмин протекают сами по себе в этих условиях. Надо понять, что имеются в виду народ Даниила и его город, которые должны быть восстановлены в их прежнем Божьем благоволении. Долготерпение Бога еще ждет. Власть язычников уже пала в верности; Вавилон разрушен; через ходатайство иудеи временно восстановлены, и храм восстановлен. Семьдесят седмин почти прошли, когда явлен Христос. Если бы иудеи и Иерусалим в тот свой день покаялись, то все было бы готово для его восстановления во славе. Авраам, Исаак и Иаков могли быть воскрешены, как Лазарь. Но город не знал дня своего наказания, и поэтому исполнение семидесяти седмин, равно как и благословение, которое последует, должны обязательно быть отложены. Через благодать мы знаем, что у Бога было еще больше превосходных помыслов и намерений и что положение человека было таким, что этого не могло быть, как и явил результат. Соответственно, все здесь объявляется заранее. (Сравните Ис. 49,4-6.)}; не непосредственно так, а в связи с верой верующего остатка, Даниила, ходатайством, которое, связывая себя с существованием остатка, служит связью между Богом и народом: ходатайством, без которого народ был бы отвергнут. Вот тот же принцип, который управлял отношениями между Богом и народом через Моисея после золотого тельца, - народ называется народом Бога, как прежде народ Моисея. Это положение замечательно как имеющее место после восстановления власти язычников. Иудеи находятся в Иерусалиме, но язычники царствуют, хотя империя Вавилона разрушена. В этом ненормальном положении пророческая вера ищет полного восстановления города, места правления Бога и его народа. К этому относится ответ Бога. Дана краткая, но полная история периода, который пройдет до того, как свершится суд для иудеев и станет прошлым.

Могут возникнуть некоторые сомнения в отношении перевода слова "опустошение"; некоторые передают его как "опустошитель" - "окончательная гибель, что предопределена, постигнет (суд) опустошителя"; или же - "и окончательная предопределенная гибель постигнет опустошителя". Тому, кто не очень знаком со Словом, это представляется лучшим окончанием для предложения; но мне кажется, что те, кто хорошо знаком со всем содержанием Библии и с ее фразеологией, признают вариант, что дал я, более верным по значению. Суть пророчества одна и та же в любом случае. Один перевод говорит, что опустошение продолжится до скончания суда, определенного Богом; другой - что оно не прекратится до гибели опустошителя, что приводит к одному и тому же. Перевод, который я дал, кажется мне более точным, более соответствующим Слову. В нашем английском переводе дается "опустошение", а "опустошитель" - на полях. Но слово не имеет той же формы, как то, что переводится как "опустошитель", в других местах, где значение определенное. Предыдущее предложение я передал - "вследствие защиты идолов". Слово - буквально "крыло" - вследствие из-за крыла мерзости. А мы знаем, что слово "крыло" обычно употребляется для защиты.

Можно увидеть также и новую сторону большой значимости: Мессия будет предан смерти. Он ничего не будет иметь из того, что по праву принадлежало ему. Следствием этого будет разрушение города и святилища, опустошение и война. Вождь другого царства, еще не существующего, разрушит город и святилище. Взаимоотношения между Богом и народом не были полностью разорваны на время - даже что касалось верующего остатка. Вера Даниила отвергнута в лице Христа как пророка, и в отрицании Христа, выраженном в возвещении, что у них нет другого царя, кроме кесаря; и народ, и город преданы опустошению.

Но осталась одна седьмина, еще не законченная, с этим неверным и упрямым, но еще любимым народом до того, как его беззаконие будет прощено, и вечная правда будет приведена, и будут видение и пророчество с их выполнением. Эта неделя будет выделяться заветом, который вождь утвердит с иудейским народом (за исключением остатка), а затем обязательным прекращением их поклонения путем вмешательства этого вождя. После того, как иудеи поместили себя под защиту идолов, этот нечистый дух, давно вытесняемый из народа, опять вошел в них с семью, еще худшими, чем он сам, и опустошитель приходит, и окончательные суды налагаются на народ - ужасные суды; но степень их определенно назначена, когда их мера будет полной. Таким образом, мы находим, что очень точный ответ дан на вопрос пророка; ответ, который очень четко раскрывает последствия связи народа Даниила с властью язычников. Их положение ясно объясняется, и еще существуют взаимоотношения с Богом посредством заступничества пророка.

Пророчество объявляет в то же время общую особенность, что опустошение народа после шестьдесят девятой седьмины завершилось, и (с кажущимся успокоением от благосклонности зверя) до конца семидесятой вызвано было их отвержением Мессии, которое произошло в то же время, когда обещание, присоединенное к пророчеству, было на грани исполнения, и отвержение которого (грядущего во имя Отца) привело к длительному рассеиванию иудеев, которое продолжится до времени, когда они соберутся, - жертва беззакония главы язычников; времени их попадания в руки того, кто придет в своем собственном имени, - печальное состояние, развившееся во время последней седьмины, но которому Бог установил предел; и до чего злоба врага не может добраться.

### Даниил 10, 11

В главе 10 мы возвращаемся на восток {Можно заметить, что в обоих случаях откровение, данное Даниилу в отношении того, что касается его народа, есть ответ на работу его души в заступничестве или в посте; откровения в главах 7, 8 относительно западной или восточной разрушительных сил таковыми не являются. Они даны тогда, когда угодно Богу. Это было во время Валтасара; два предыдущих - после того, как Вавилон был захвачен. Иудеи были тогда действительно в новом положении до того, как отвергли Христа, а затем было великое оставление, когда не идет счет времени, пока они в своей земле, и Бог начинает общаться с ними опять. Затем после проявления своего неверия, приняв силу зла и идолопоклонство, приходит последнее великое горе, а затем суд в лице Господа с небес}. Главы 10, 11 и 12 образуют одно пророчество: лишь глава 11 завершает историю язычников, а глава 12, как мы отметили в начале, посвящена состоянию остатка во время последнего периода власти язычников и их избавлению (завершая, следовательно, откровение о помыслах Бога в отношении остатка, который сохранен среди язычников).

Даниил, всегда стремящийся к благоденствию своего народа, обратился с мольбой (ст. 2, 3, 12) к Богу с обновленным и упорным желанием понять его деяния. После трех седьмин поста и молитв ему послан ангел, открывая сопротивление врагов славы Бога осуществлению его намерений благословения своему народу и сообщению этих намерений для их одобрения. Но если вера проявлена, то Бог верен; и упорство Даниила приводит его духовно в такое состояние, чтобы оценить сообщение Бога, и это подтверждает, что он способен получить их. Ангел сообщает ему, что видение имеет отношение к иудеям и что оно относится к последним временам (гл. 10,14). Сила, которая есть у него, дает ему возможность получить сообщение. Говорится о персидских царях, во время царствования которых он имел видение, и сказано о нападении на Грецию одним из них. Это приводит к нападению Греции на Персию; устанавливается Греческая империя, но затем она делится на четыре части. Два из четырех этих царств будут более могучими, чем остальные. Они также территориально связаны с иудеями. На территории последних ведутся войны. История царей этих царств, конфликтующих на территории Израиля, показана со значительными подробностями под именами царя северного и царя южного. Я не вдаюсь в эти подробности.

История продолжается до вмешательства римлян, кораблей киттимских {Их вмешательство на благо молодого царя Египета, которого Антиох Эпифан победил, привело к его возвращению и восстанию против иудеев, осквернению храма и запрещению иудейского поклонения}, и нападения на иудеев, и на храм, и на святой завет. Царь северный входит в соглашение с отступническими иудеями; он оскверняет святилище и устанавливает идола, он прекращает ежедневную жертву; он вводит нечестивых в отступничество (это выражено в ст. 32). Но те, кто знает Бога, будут сильными и будут действовать энергично. И разумные, наученные Богом, вразумят многих. Таким образом, далека преемственность первых царей и история маккавеев и Антиоха Эпифана.

Результат до конца дан в общих выражениях - последняя часть предыдущей истории является прообразом того, что произойдет в последние времена. Люди опять попадают на время в руки своих врагов. Им немного помогут: некоторые притворно присоединятся к ним. Даже некоторые из разумных, которые, возможно, ожидали, что будут предопределенно сохранены Богом, также пострадают, чтобы испытать веру всех и очистить их до конца времени. Ибо это положение должно продолжаться до времени, определенного Богом. Это - положение иудеев, особенно в те времена, то есть Селевкидов и Лагидов, царей северного и южного, и в общем, до последних времен.

Возможно здесь читателю будут полезны размышления о подробностях. В главах 9,27; 11,33; 12,3 слово "многие" имеет артикль в иврите и обозначает множество людей, что делает смысл этих стихов более простым. Читатель также заметит в противоположность множеству (гл. 11,33), "масхилим", слово, имеющееся в заглавиях многих псалмов. Разумные, наученные Богом, вразумят многих: и будет действие любви ради истины в эти времена испытания. В главе 12,3 мы опять видим разумных, соединенных с обращающими многих к правде. Сравните с главой 11,33. Они становятся жертвами, в стихе 35, насилия. Этот последний стих достигает, как мы видели, конца истории этого народа при господстве язычников. В отношении конца даны более положительные подробности.

Представлен царь {Сравните с Ис. 30,33 (читая "и для царя") и 57,9. Он имеет титул "царя" в глазах иудеев - титул, который по праву принадлежит только Иисусу, настоящему Мессии и царю Израиля} - нечестивый, который будет осуществлять власть в Иудее в конце века; и будет преуспевать, пока гнев не кончится, - период, о котором мы уже говорили. Это - царь, который действует в иудейской земле; нечестивый, который следует своей разнузданной воле, превознося себя надо всем, отказываясь от религии своих отцов, не уважая ни Христа, ни какого-нибудь Бога, хуля Бога небес, устанавливая идолопоклонство по-своему; "и даст власть над многими, и землю раздаст в награду". Довольно трудно сказать, кто те, кому он даст власть, - я считаю, это его последователи, но общий характер этого своевольного, нечестивого и идолопоклоннического царя, который возносит себя надо всем, достаточно ясен. Мы находим по ходу главы, что царь южный сражается с ним, а царь северный опять устремляется, как буря, на него, наводняет страну и проходит в прекраснейшую из земель, Иудею.

Но Едом, Моав и Аммон спасаются от его руки, будучи сохраненными (Ис. 11,14), чтобы быть покоренными самим Израилем. Однако он простирает свою руку на многие страны и грабит их. Не спасается и египетская земля, и те, кто обитают в Африке, тоже у ног его. Однако, встревоженный слухами с востока и севера, он устанавливает свои царские шатры между Иерусалимом {Таково правильное значение на иврите} и морем, приходит к своему концу, и никто не помогает ему. Здесь не показан конец царя. Говорится о северном царе, темой являются народы и земля Израиля и то, что произойдет с народом Даниила в последние времена. В земле будет нечестивый и презренный царь, на которого нападет царь южный. Царь северный затем грабит все страны вокруг, за исключением трех, и он погибает в земле Израиля.

### Даниил 10, 11

Смотри Даниил 10

### Даниил 12

Глава 12 показывает нам в основном собственную историю Израиля. Среди всех этих событий архангел Михаил восстает за народ Даниила. Наступает тяжелое время, какого еще не бывало и не будет. Тем не менее народ будет спасен, то есть те, которые записаны в книге (остаток, принадлежащий Богу). Иеремия уже говорил нам об этом периоде и о спасении (гл. 30,7). Господь говорит об этом также в Матф. 24, привлекая внимание своих учеников к мерзостям запустения, упомянутым здесь, ясно показывая, что Он говорит об Иерусалиме, иудеях и о последних временах, когда иудеи будут спасены. Он также указывает способ, которым верные должны спастись, в то время как продолжается несчастье. Рассмотрев эти отрывки вместе, легче понять их. Второй стих простирается на землю Израиля, которая была сценой пророчества до этого. Но их положение утверждается таким образом, чтобы не признавать земли, где они рассеяны.

Многие из народа Израиля восстанут из своего долгого унижения, некоторые для жизни вечной, другие - на вечное посрамление. А разумные будут сиять, как светила на тверди. Обратившие многих к правде будут сиять, как звезды. (Сравните с вождем воинства и звездами, гл. 8.) Бог покроет светом своего благоволения тех, что будут верны во время периода мятежа и несчастья.

После этого один из посланников Бога расспрашивает мужа в льняной одежде, стоявшего над водами реки, когда будет конец этих чудес (то есть несчастья) через вмешательство Бога во спасение для Израиля. Ответ таков: через три с половиной года, или 1260 дней; и что, когда Бог положит конец рассеиванию святого народа, все это завершится. Даниил просит более полного откровения в отношении окончания, но предсказание запечатано до последнего времени. Многие будут испытаны и очищены, и убелятся, но нечестивые будут поступать нечестиво. Увы! Этого следует ожидать. Никто из нечестивых не поймет, а мудрые поймут - эти "масхилим", которых упоминал Дух Бога.

Сейчас со времени, когда ежедневная жертва прекратится и установится мерзость запустения, пройдет 1290 дней. Но завершения 1335 {Я считал возможным, что такое исчисление может появиться из следующего. Месяц дополнен к 1260 дням, или к трем с половиной годам, а затем через 45 дней, если годы были церковными годами, приведет к празднику кущей: но я не предлагаю свою оценку этому. Во всяком случае, ясно то утверждение, что святилище Бога будет затем очищено в Иерусалиме} дней еще надо подождать; блажен тот, кто ожидает и достигает исполнения дней. Даниил сам получит свой жребий в это время славы.

Надо заметить, что Даниил никогда не описывает период, который последует за временами язычников. Он говорит об истории царств, притеснителей и совратителей иудеев в последние времена, о спасении народа, на том они останавливаются. Он - пророк времен язычников до спасения.

И еще одно, что может быть полезным для читателя, чтобы понять целое, - это соединение действия тех инструментов, которые пророчество Даниила представляет как действие в земле Израиля в последние времена, и установление тождества их - если это может быть сделано - с теми, которые упоминаются у других пророков. Однако это означало бы сделать систему пророчества, а не объяснить пророчество Даниила. Дух Бога не сотворил так в книге пророка, которую мы теперь рассматриваем. Я поэтому лишь упомяну некоторые удивительные стороны.

Глава 7 дает характерные черты Римской империи, особенно при ее последним главе. Это - завершение истории власти язычников. Глава 8 (хотя я часто думал, что царь, который описан там, мог быть инструментом западной империи в Израиле) придает рогу, о котором в ней говорится, облик, отличающийся - как мне кажется при тщательном размышлении над отрывком - от того, который составляет западную силу, {Мы можем сравнить Пс. 74 и 83, которые подтверждают мысль, что в Иерусалиме будут разрушения, равно как и вынужденное прекращение ежедневной жертвы, осуществленные по-религиозному вождем, который придет, римлянином из главы 9, который будет среди иудеев, и притворится их другом} как небольшой рог, проявленную в местных инструментах. Восточная сила восстает из одного из четырех царств, на которые распалась империя Александра. Его сила, однако, происходит из другого; это отдельная сила, действующая в Сирии.

В главе 9 мы находим, что некто, действующий среди иудеев в самом Иерусалиме в связи с Римской империей, является тем инструментом, которым он может быть. Это может быть "царь" из главы 11, который находится между царями южным и северным. Но очень возможно, что небольшой рог из главы 7 действует сам по себе. Однако есть еще и другая сила, зависящая от этого, которая действует, по крайней мере, религиозно на иудеев и ведет их к отступничеству, - некто приходящий в своем собственном имени и считающийся с Богом его отцов.

"Царь" из главы 11 - царь в Иудее, презирающий религию отцов и действующий в этой земле аморально и разнузданно, восстанавливающий идолопоклонство и разделяющий землю в награды. Царями южным и северным в последние времена являются египетский и ассирийский, которые нападают на царя, утвердившего себя в святой земле.

Я полагаю, что "царь" соответствует второму зверю из Откр., хотя и в другом свете, как первый соответствует небольшому рогу из главы 7.