ФАД, римский прокуратор (см. Куспий Фад),

ФАКЕЙ (753 г. до Р. X.), сын Ромелиина, начальник войск Факии, вооружился против своего царя и, убив его, овладел престолом израильским. Факей объявил войну Ахазу, царю иудейскому, соединившись с Раассоном, царем сирийским; но предприятие не удалось, и Факей отступил; на следующий год, предводительствуя огромной армией, он опять явился перед Иерусалимом. Пользуясь отсутствием Раассона, который бросился на другую часть государства, Ахаз дал сражение Факею и потерпел жестокое поражение: 120 000 осталось на поле битвы; около 200 000 отведено было в плен иудеев всякого возраста и пола, и конечно, несчастные не получили бы свободы, если бы угрозы и советы пророка Одида не убедили победителей освободить их. Азария, Варахия, Езекия и Амасия и все начальники колена Ефремова послушали советов человека Божия и исполнили его похвальное намерение. «Не вводите сюда пленных, - говорили они, - потому что грех был бы нам пред Господом. Неужели вы думаете прибавить к грехам нашим и к преступлениям нашим? велика вина наша, и пламень гнева /Господня/ над Израилем» (2 Пар. 28:13). Совет был принят всеми; воины взяли добычу, а пленным предоставили свободу, даже одели тех, которые были нагими, и дали пить и есть им. Но великодушие победителей этим не ограничилось. Большая часть из этих несчастных были утомлены; победители помазали их маслом и дали лошадей тем, которые за слабостью не могли идти, и наконец сами проводили их до Иерихона. В его царствование Феглаф-Фалассар напал на землю Израильскую и овладел Ааном, Авелвефмаахом, Ахом, Конесой, Асаром, Галаадом, Галилеей и всей землей неффалимлян, и жителей увел в Ассирию. Царство Израильское с тех пор состояло только из Самарии и половины колена Манассиина; это несчастье навлекло, как и всегда, на Факея ненависть и отвращение его подданных. Факей царствовал 20 лет; возмутившийся против него Осия убил его.

ФАКИЯ (754 г. до Р. X.), сын Манаима, наследовал престол царства Израильского, который отец его похитил. Его царствование продолжалось не более двух лет. Факей, генерал его войск, вооружился против Факии и, овладев дворцом, где царь с Арговом и Арием и с 900 гелаадитянами затворился, предал их смерти и провозгласил себя царем израильским.

ФАЛЕК (2221 г. до Р. X.), старший сын Евера и отец Рагава, жил 339 лет. Фалек значит разделение', это имя дано ему по случаю разделения языков, которое случилось вскоре после его рождения.

ФАМАРЬ, см. Амнон и Фамарь. ФАМНИЙ, см. Амврий и Фамний.

ФАННА, или ФАННИЯ (67 г. от Р. X.), восемьдесят третий и последний первосвященник иудейский, сын Самуила, из колена священнического, родился в местечке Афтази, преемник Матфии III, человек недостойный, с грубыми нравами, не стоящий первосвященства; он никогда не знал своего высокого сана. Во время войны с римлянами мятежники овладели храмом и присвоили себе право возводить и низвергать первосвященников. Матфия, сын Феофила, был тогда в этом сане. Мятежники решились его свергнуть и назначить ему преемника. Они утверждали, что верховное священство всегда давалось посредством жребия; поэтому они и решились этим способом избрать первосвященника. Правда, посредством жребия определялся порядок, по которому каждое священническое семейство должно было служить во храме (1 Пар. 24:5); но жребий никогда не употреблялся при избрании первосвященника. Жребий брошен был на семейство Елиакима и пал на Фаннию. Иосиф Флавий говорит (De bell. lib. ГУ, cap. 5), что зилоты избрали многих первосвященников, подобных Фаннии, невежественных, грубых, темного происхождения и не достойных священства; но упоминает только об одном Фаннии. Он был последним первосвященником иудейского народа. В первосвященство Фаннии храм Иерусалимский был сожжен, в 70 г. от Р. X. Некоторые из писателей отвергают то, что он был в числе первосвященников. С ним окончилось преобразовательное священство иудеев, которое, несмотря на политические перевороты и общественные бедствия, никогда не выходило из рода Ааронова. Падение его главным образом началось при Ироде Великом и окончилось в царствование Веспасиана. Оно было как бы погребено под развалинами Иерусалимского храма и уступило место священству Иисуса Христа - Архиерея вечного по чину Мельхиседекову.

ФАРАОН. Этим именем в Священном Писании называются многие цари египетские. По крайней мере этим именем в древности назывались цари этой страны, как впоследствии цари той же страны греками назывались Птолемеями, а цари Сирии - Лагами. Ученые думают, что фараон есть слово сирийское, которое означает видящего, будто цари египетские, находясь на троне, должны быть видящими, или проницательными, чтобы быть справедливыми к своим подданным. Хронология этой страны так запутана, представляет столько трудностей, что нельзя положительно сказать, кого именно надобно разуметь из фараонов, которые упоминаются в Священном Писании. Фараон, при котором Авраам находился в Египте, у одних называется Кертос, у других Мутес, основатель Мемфиса. Северная часть Египта, орошаемая Нилом, начала уже тогда делаться если не богатейшей и могущественнейшей, то, по крайней мере, более известной, чаще посещаемой иностранцами. Из истории Авраама и Сарры можно видеть, каким опасностям в этой стране они подвергались. Нам остается здесь заметить, на какой степени образованности находилась та страна, где женщина, пришедшая со своим мужем, за свою красоту должна опасаться попасть в гарем царя. Подарки, которые потом фараон предложил Аврааму, были овцы, быки, ослы, верблюды, рабы и рабыни; все это показывает богатство и нравы народа пастушеского, следовательно, стоящего на самой низшей степени образованности. Если бы не так, то отчего царь не одарил патриарха золотыми и серебряными вещами и драгоценными тканями. Этот простой факт лучше всего доказывает верность тех историков, которые этому царству не приписывают такую почти баснословную древность. Фараон, при котором Иаков и Иосиф пришли в Египет, был, по одним, Мерис, по другим - Аменофис, а по иным - Рамезис Миамун. Фараон, четвертый государь династии пастушеской, говорит Сальвадор, сильно желая покорить Египет, искал случая подкрепить свое могущество и с радостью принял иудеев. Наконец фараон, при котором началось гонение израильтян, был, по мнению одних, Аменофис II, отец Сезостриса, а по мнению других - сам Сезострис. Тот же автор думает, что это преследование показывает перемену династии; гонение это продолжалось при Рампсините и кончилось при сыне его Аменофисе III. Гордый Сезострис после своих побед, как говорят, осудил своих пленников на изнурительные работы, чтобы украсить Египет великолепными памятниками. По всей справедливости он подверг тем же тяжелым работам и израильтян. Друзья царей и их наместники внушили фараонам, что с потомками Иакова и Иосифа, которые, хотя добровольно и с согласия царей, поселились в Египте, надобно поступать с такой же жестокостью, как и с рабами, доставшимися по праву войны. Прошло уже много времени, и верность истинных сынов Иакова к Богу отцов своих не поколебалась от жрецов египетских, которые не могли ни развратить израильтян, ни обратить к своему политеизму. Воспользовавшись счастливыми успехами Сезостриса и внушив ему величайшее уважение к богам, они сделались ненавистными и презренными для тех людей, которые не почитали их пустых истуканов. «Вот, народ сынов Израилевых многочинен и сильнее нас; перехитрим же его, чтобы он не размножался; иначе, когда случится война, соединится и он с нашими неприятелями, и вооружится против нас, и выйдет из земли [нашей]» (Исх. 1:9-10). Так они смотрели на истинных израильтян, как на людей подозрительных, нарушителей общественного спокойствия, благочестие которых было не что иное, как личина, скрывавшая гнусные намерения, хотя такое расположение и было очень далеко от характера иудеев. Обольщенный этими рассуждениями, царь забыл, что имел у себя Иосифа первым министром, который был спасителем, и начал преследовать иудеев. В статье Моисей можно видеть, как благодетельны были следствия этого гонения для дома Израилева. Здесь мы заметим только, согласно со Священным Писанием, что иудеи построили своим повелителям города Пифо и Рамесси, которые были хранилищами царских сокровищ и магазинами съестных припасов. Историки сильно разногласят об имени фараона, при котором продолжалось гонение. Это был преемник Сезостриса; Диодор называет его Сезострисом II, Манетон - Аменемесом, Иосиф - Рампсисом; Юлий Африканский дает ему то же имя. Итак, Рампсис, или Рампсинит, продолжал политику своего отца. При нем воздвигнуты были цитадели, в которых жили израильтяне. Необходимо так же предположить, что израильтяне, постоянно занимаясь работой, должны были знать различные искусства и ремесла. Среди трудов и угнетений дети Авраама, по обещанию Всевышнего, умножались, как песок морской и как звезды небесные. Это еще больше раздражало египтян. Отчаявшись уничтожить это племя, которое так размножалось среди притеснений и трудов, они решились срубить древо в самом корне. Фараон издал указ, которым повелевалось, чтобы все дети мужского пола, которые будут рождаться у евреев, были убиваемы при самом их явлении в мир. Бабкам египетским строго приказано было смотреть за женами еврейскими при их родах; эта мера распространена была по всему государству. К этому-то времени надобно отнести рождение Моисея и его чудесное спасение одной мудрой принцессой царской крови; эта дочь фараона, как она называется в Священном Писании, Атиртея или Термуфа, была сестрой Рампсиса, или Ферона, и дочерью Сезостриса. Фараон, как бы он ни назывался, был так добр, что позволил воспитывать дитя при своем дворе. Через долгое время после этого, как говорит Священное Писание, то есть к концу 34 г., умер Рампсис на 66-м году своего царствования, оставив престол сыну своему Аменофису III. Ненависть и угнетение евреев при этом царе достигли высочайшей степени; несчастные обречены были на жесточайшее рабство. Тогда они обратились с молитвой к Богу, просили Его вспомнить завет с Авраамом, Исааком и Иаковом, умилосердиться над ними и обратить милостивый взор на их бедствия. Но время избавления еще не пришло. Тут рассказываются подвиги против ефиоплян, приписываемые Иосифом Моисею, который после этого должен был 40 лет жить вне Египта, вдали от своих братьев израильтян. Новый фараон царствовал в Египте; он назывался Аменофисом, как и его предшественник, по Уссериусу; Амозисом или Амазасом, по Аппиану и другим; как бы то ни было, только перед этим фараоном предстали Моисей и Аарон с требованием отпустить израильтян в пустыню принести жертву Богу; но государь отказался исполнить их волю. Тогда Моисей, чтобы заставить гордого царя повиноваться велениям Господа, решившегося освободить Свой народ из рабства, поразил страну десятью чудесными и страшными казнями. Восемь казней только ожесточили сердце фараона. Когда несчастье его угнетало, он обещал Моисею дать народу израильскому свободу и давал слово сделать все, что он хочет. Моисей возносил молитву, и зло прекращалось; тогда фараон отказывался исполнить свое слово. Наконец в десятой казни Бог поразил его самым чувствительным образом; Он послал ангела, который в одну ночь избил всех первенцев египетских, начиная от сына царева до сына последнего раба. Этот страшный удар смягчил сердце жестокого царя. «Встаньте, - говорил он Моисею, - выйдите из среды народа моего, как вы, так и сыны Израилевы, и пойдите, совершите служение Господу [Богу вашему], как говорили вы» (Исх. 12:31). И египтяне принуждали их выйти; тогда израильтяне, прежде нежели настал день, вышли из Египта в числе 600 000, способных носить оружие. Едва вышли евреи, как фараон, всегда жестокий, раскаялся, что дал позволение выйти своим рабам из его государства, и, собрав многочисленное войско, погнался вслед за ними и настиг их на берегу Чермного моря. Тогда, по молитве Моисея, для детей Иакова совершилось дивное чудо; море расступилось, и евреи перешли по дну его, как по суше. Фараон и египтяне хотели было преследовать их и бросились за ними; но вода вступила опять в свои пределы и потопила царя и все его войско. С этого времени о фараонах уже не упоминается в Священном Писании.

ФАРЕС и ЗАРА, близнецы Иуды и Фамари, родившиеся в земле Ханаанской. Право первородства перешло к Фаресу, старшему из двух близнецов, в предпочтение Селуму, третьему сыну Иуды, который сам должен был жениться на Фамари по смерти своих братьев (см. Иуда). Таким образом, Фарес сделался родоначальником дома Иудина; и от Девы из его племени благоволил родиться Спаситель. Фарес имел двух сыновей: Есрома и Емуила; Зара же пять: Замврия, Ифама, Емуана, Калхада и Даралея. Вот были первые родоначальники колена Иудина, колена впоследствии так умножившегося, что при исходе израильтян из Египта оно имело 74 600 человек, способных сражаться.

ФАРРА (2250 г. до Р. X.), сын Нахора, отец Авраама, Нахора и Арана. Он сначала жил в земле Ур, в Халдее; но потом, вместе с Авраамом и племянником своим Лотом, оставил эту страну и поселился в Харране, в месопотамском городе, где и умер вскоре на 205-м году от рождения. Хронологи не согласны касательно времени рождения детей Фарры; некоторые из них думают, что Авраам родился на 130-м году жизни его отца, то есть 60 лет спустя после рождения других детей; что же касается до того, что Авраам упоминается первым в ряду других сыновей его, то на это отцу верующих дает право его историческая известность. Как бы то ни было, по этому предположению Аран был первым сыном Фарры и умер в земле Ур, прежде нежели отец его оставил свою страну. Что касается Нахора, хотя об этом священный бытописатель совершенно не упоминает, однако нельзя сомневаться, чтобы он не поселился в Месопотамии или вместе с отцом своим, или несколько времени спустя после переселения Фарры; потому что в этой стране мы находим его потомков во времена брака Исаака с Ревеккой. Священное Писание говорит нам, что Фарра был идолопоклонником, когда жил в Халдее; после наставления или примера сына его Авраама уничтожились его ложные понятия о Божестве; он оставил свои смешные заблуждения и обратился к истинному Богу. Думают, что религией Фарры был савеизм, и почитание звезд, богопочтение самое древнейшее в этой части Азии. Маймонид думает, что отец верующих сам собой дошел до познания истинного Бога, тщательно рассмотрев свою прежнюю веру.

ФЕВДА (33-45 гг. от Р. X.). Этим именем называются два разных человека, которые часто смешиваются между собой. Оба они называются Февдой или Феодой; первое из этих лиц жило прежде и о нем-то говорится в Священном Писании; это тот самый лжепророк, о котором раввин Гамалиил говорил в иудейском собрании (около 35 г. н. э.): «Ибо незадолго перед сим явился Февда, выдавая себя за кого-то великого, и к нему пристало около четырехсот человек; но он был убит, и все, которые слушались его, рассеялись и исчезли» (Деян. 5:36). Этот человек выдал себя за вдохновенного небом мужа, одаренного способностью предсказывать будущее; своим учением он успел обратить к себе около 40 человек, которые привязались к нему и следовали за ним во всех его путешествиях. Смятение или волнение, которое он произвел в уме народа, не долго продолжалось; пророк был вскоре убит, а ученики его разбежались. Уссерий думает, что этот Февда есть одно лицо с Иудой, возмутившимся после смерти Ирода, о котором упоминает Иосиф Флавий в 7 книге гл. 12 своих Иудейских древностей. Другой Февда, тоже обманщик, явился во время правления Иудеей Куспием Фадом, на 45 г. н. э.; об этом человеке также упоминает Иосиф Флавий (Ant. ird. XX, cap. 2). Этот обманщик также выдал себя за пророка, вдохновенного небом и ниспосланного на землю Мессиею; многие из иудеев были увлечены его словами; значительная толпа собралась вокруг лжемессии, который для доказательства своего чрезвычайного посланничества обещал им разделить Иордан, как это сделал Иисус для их отцов при входе их в Палестину. Правитель римский, узнав цель этих движений, отправил отряд солдат, который большую часть этой толпы взял в плен, многих убил, а голову возмутителя принес в Иерусалим. Этот Февда, замечает Дон Калмет (Diction, de la Bible), жил после того Февды, о котором упоминает Гамалиил в своей речи (Деян. 5:36). И в самом деле, раввин говорил об этом в 35 г., а восстание Февды при Куспие Фаде случилось в 45 г. н. э. Итак, напрасно многие историки не различают этих двух лиц.

ФЕКЛА (45 г. от Р. X.), святая, равноапостольная девственница и первомученица, происходила из Иконии. Будучи ученицей, приближенной апостолу Павлу, который извлек ее душу из сети идолопоклонства, св. Фекла была в величайшем уважении в первые века христианства. Основываясь на свидетельстве восточных и западных писателей, можно видеть, что св. Фекла была одной из тех знаменитейших святых, которых Провидение посылает смотря по нуждам рождающейся церкви. Медор, живший в Малой Азии в III в., говорит, что эта мученица основательно знала светскую философию и литературу. К евангельской вере она обращена была, как мы уже сказали, апостолом Павлом, который считал ее достойной разделять с ним апостольские труды. Это было в одно из путешествий по Ионии в 45 г., когда великий учитель своим учением обращал к Богу сердца, преданные миру. Один из знаменитейших юношей того города, где жила св. Фекла, узнал эту высокую жену, полюбил и предложил ей свою руку. Фекла согласилась, и время брака уже приближалось; в это-то время христианская вера осветила ее душу и указала ей на девство, как на состояние более любезное Богу, Которого она уже научилась почитать; и с этого времени она бросила мысль о браке и решилась навсегда остаться невестой Иисуса Христа. Умерщвляя свои страсти, св. Фекла хотела умереть для удовольствий, величия мирского, и благодать подкрепила ее усилия и возвысила добродетель этой жены; ее мысли и надежды устремлены были к небу, и мир был чужд этой девственнице, как и она умерла для него. Между тем отец и мать Феклы, не зная, что она христианка, спешили заключить союз, который льстил их честолюбию; но благочестивая девственница каждый день отказывалась просьбами и слезами от своего жениха; наконец местное начальство, узнав причину такого сопротивления, вмешалось в это дело и угрожало юную невесту подвергнуть жестоким мучениям как христианку, если она не отведет подозрения, павшего на нее, вышедши замуж за того, кому уже давно обещала свою руку. Поддерживаемая божественной любовью, юная Фекла противилась как угрозам, так и просьбам. Опасаясь какого-нибудь насилия от того, кто так опечален был ее твердым желанием не выходить замуж, она решилась оставить своих родителей, отечество, блеск и роскошь, окружавшие ее, и посвятить всю себя Иисусу Христу. Но юноша, желавший иметь ее своей женой, преследовал бежавшую и принудил ее возвратиться в отечественный город; и любовь его обратилась в глубокую ненависть: он донес на нее как на христианку начальникам города, которые осудили преступницу на растерзание лютым зверям. Юная Фекла вышла на площадь, защищаемая только своей девственной чистотой, и, скрестивши руки на груди, безропотно отдалась нетерпеливым зверям, которые должны были ее растерзать. Но звери были не так злы, как судьи. Львы, выпущенные на святую мученицу, явились к ней как бы с покорностью и поверглись к ее ногам; они с осторожностью лизали их, опасаясь, как говорит св. Амвросий, запятнать ее тело ранами и ее чистоту своим взглядом. Освобожденная от львов, святая была брошена в огонь; но и эта стихия не прикоснулась к телу святой девицы; когда она находилась в пламени, к ней явились три юноши, с которыми мученица воспевала своего всеблагого и всемогущего Бога. После этого, подверженная многим мучениям и вышедши из них с торжеством, св. Фекла освободилась от своих тиранов и, повинуясь внушениям благодати, последовала за св. апостолом Павлом во многих его путешествиях, служа ему своим красноречием, которым она владела в совершенстве, обращала сердца к вере и внушала им любовь, которою сама была преисполнена. Как кончила свою жизнь эта святая жена, которая во время своего пребывания на земле получила три венца - апостольский, мученический и венец девственницы? Один из мартирологов древних говорит, что св. Фекла скончалась мирно, но не говорит нам, как долго продолжалась блестящая и славная жизнь этой жены. Она из-за гроба продолжала свое апостольство, потому что пример этой мученицы, приводимый св. отцами, воодушевлял мужество и веру христиан. Феодорит с похвалой говорит о тех высоких победах, которые св. мученица одержала. Исидор Пелусиот считает св. Феклу венцом женщин, неподвижным столпом, с которого постоянно возглашается слава и чистота добродетели, маяком возвышающаяся среди моря страстей. Бл. Иероним в одном из писем к Евстогнии пишет ей, что перед ней предстанет Пресвятая Дева, окруженная теми, кто подражал ее чистоте, и св. Фекла явится, чтобы воспламенить ее дух. Св. Епифаний, говоря о лицах, которых можно сравнивать с Божьей Матерью, говорит только о Елене, Иоанне Крестителе и св. Фекле. Блаженный Иероним говорит, что Меланья называлась Феклой Иерусалимской за свою добродетель; а Евсевий пишет, что св. Макрина называлась Феклой своего времени. Память ее празднуется церковью 24 сентября.

ФЕЛИКС, правитель Иудеи, получил это достоинство по ходатайству своего брата, который был другом императора. Получив власть, он безнаказанно расширял свое могущество и богатство убийствами и грабежами. Феликс убил Елеазара, первосвященника иудейского; его убийства совершались даже в самом храме. Выведенные из терпения иудеи кесарийские послали депутатов в Рим для обвинения Феликса перед императором. Императором был Нерон, получивший власть после смерти Клавдия. Из уважения к просьбе Палласа Нерон простил Феликса, но отстранил его от должности и на место его послал в Иудею Порция Феста.

ФЕОФИЛ (37 г. от Р. X.), семьдесят первый первосвященник иудейский, сын Анана, преемник и брат Ионафана III. Вителлий, проезжая через Иерусалим на войну в Аравию, принудил Ионафана уступить первосвященническое достоинство брату его Феофилу. Но Ирод Агриппа, царь иудейский, принудил последнего уступить свое место Симону Канфаре, сыну первосвященника Симона, сына Воифова, в царствование Клавдия (Ant. lib. XVII1, cap. 7, и lib. XIX, cap. 5).

ФЕОФИЛ, см. Лука, евангелист. ФЕСТ, см. Порций Фест. ФИВА, см. Нимфа.

ФИЛИМОН (61 г. от Р. X.), один из семидесяти апостолов. Среди ма-поажйских городов Колоссы стояли в ряду самых замечательных; по свидетельству древних писателей, этот богатый и населенный город был одним из тех мест, где вера христианская воссияла прежде всего. Один из его жителей, Филимон, был самый ревностнейший поборник христианства, которому был научен Епафрасом, своим соотечественником, и которого апостол Павел называет своим сотрудником. По свидетельству Феодорита и особенно Иоанна Златоуста, Филимон в короткое время сделал величайшие успехи в добродетели; его дом сделался истинной церковью, где христиане пользовались его покровительством. Апфия, его супруга, и другие лица его дома показывали самое трогательное благочестие; несчастные прибегали к попечению этого семейства, чтобы получить утешение в истине, которую Евангелие преподает всем христианам. Филимон не только заботился о своей братии, но и со всей ревностью распространял христианство между народом, который погружен был еще во тьму идолопоклонства. Вот почему апостол Павел называет его своим споспешником. Но лучшее доказательство, какое нам сохранила древность о добродетели Филимона, есть дружба св. Павла; этот великий апостол не погнушался даже написать к нему, что он намерен к нему прийти. «А вместе приготовь для меня и помещение, - пишет он, - ибо надеюсь, что по молитвам вашим я буду дарован вам» (Фил. 1:22). После смерти апостола Павла уже ничего не известно о Фи-лимоне: большая часть сведений, сообщаемых мартирологами, подлежит сомнению. По мнению одних, этот святой получил венец мученический при Нероне; но мы лучше принимаем мнение Златоуста, который говорит, что Филимон и Апфия сделались жертвой христианской ревности во время народного возмущения, когда они пали под стрелами римскими. Феодорит говорит, что он в свое время видел еще дом этого свягого человека, а некоторые историки утверждают, что в Константинополе была церковь во имя Филимона. Но эти мнения ничем не доказываются, по-этому и остаются сомнительными. Память св. апостола Филимона празднуется церковью 4 января, 19 февраля и 22 ноября.

ФИЛИПП, апостол, родился в Галилее, в городе Вифсаиде. Он был женат и имел много дочерей, прежде чем сделался учеником Иисуса Христа. Спустя несколько дней после призвания Петра и Андрея Спаситель пошел в Галилею, где, встретив Филиппа, повелел ему идти за Собой. Решившись оставить все, новый ученик просил у Учителя позволения погрести отца своего; Иисус Христос сказал ему, чтобы он оставил мертвым погребать мертвецов, дав тем знать, что для него теперь настала жизнь благодатная. Филипп, сделавшись учеником истины, хотел увеличить число своих товарищей. Увидев Нафанаила, советовал последовать его примеру. Последний послушался, и Филипп представил Господу нового ученика. С этого времени ученик вифсаидский уже не оставлял своего Учителя. В следующем году он являлся в числе 12 учеников; на горе Филипп сказал Господу, где можно купить столько хлеба, чтобы накормить 5 тысяч народа, который следовал за Спасителем. Незадолго до страданий Иисуса Христа несколько язычников хотели видеть Его и, чтобы удовлетворить своему желанию, обратились к Филиппу. Когда в последней речи Господь обещал Своим ученикам сообщить самое совершенное познание об Отце небесном, тогда Филипп воскликнул: «Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас». Иисус отвечал: «Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп ? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца? Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне?» (Ин. 14:8-10). Вот все, что нам из Евангелия известно об этом апостоле. То, что рассказывают позднейшие писатели, хотя и не чуждо заблуждений, однако некоторые факты, ими собранные, стоят всякого внимания и веры. После сошествия Святого Духа апостолы рассеялись по различным странам мира для проповеди слова Божия. Св. Филипп, по свидетельству Феодорита и Евсевия, отправился проповедовать Евангелие во Фригию и умер в Иераполе, где с ним были и две его дочери, которые были девственницами. Но с большей основательностью думают, что Филипп умер в престарелых летах, потому что Поликарп, обращение которого к христианству случилось около 80 года, был учеником апостола Филиппа. Великое светило угасло в Азии, говорит Евсевий в своей истории, церковной; оно оживет в день пришествия Господня; я говорю о св. Филиппе, который был священником, учителем и мучеником. Этот апостол не оставил после себя никакого послания; Папа Геласий I осуждает Деяния и Евангелия, которые приписывались св. Филиппу. Феодорит в своей церковной истории говорит о видении, которое имел Феодосии Великий, так много способствовавший распространению уважения к этому святому в Римской империи. В 394 г. от Р. X., по утру того дня, в который Феодосии должен был вступить в сражение с Евгением, два человека в белых одеждах явились к государю, убеждали его быть храбрым, присовокупив, что они посланы к нему на помощь; один из них был Иоанн Евангелист, а другой апостол Филипп. Они обещали императору, что он одержит блистательную победу над врагом, что и исполнилось на следующий день. То же видение было и одному из солдат армии Феодосиевой. Мощи апостола Филиппа находятся в Риме в церкви, построенной в 560 г. и известной под именем церкви св. Филиппа и св. Иакова. Память святого апостола Филиппа празднуется церковью 30 июня и 14 ноября.

ФИЛИПП, один из семидесяти апостолов и семи диаконов церкви Иерусалимской. Св. Филипп, по общему мнению, происходил из Кесарии Палестинской. Св. Епифаний и многие отцы считают его одним из 70 учеников Иисуса Христа, которые были избраны после апостолов, чтобы вспомоществовать им в проповеди. Может быть, Филипп был с апостолами в горнице, где они находились после вознесения своего Учителя, и получил в день Пятидесятницы Духа Святого. Это мнение основывается на словах апостола Петра, которые он сказал к верным, предлагая вопрос об избрании диаконов. «Итак, братия, - говорил он, - выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святого Духа и мудрости; их поставим на эту службу» (Деян. 6:3). Св. Филипп, подобно прочим своим товарищам, отличался ревностью и мудростью среди христиан церкви Иерусалимской. Получив новое достоинство, он сделался еще более ревностным. Сверх попечения о вдовицах и бедных, сверх исполнения своих обязанностей, которые он исполнял в собрании верных, св. Филипп с жаром принялся за проповедование Евангелия. Принужденный оставить Иерусалим по причине гонения, воздвигнутого на христиан, в котором диакон Стефан получил венец мученический, св. Филипп отправился в Самарию, где Симон-волхв увлекал всех своими ложными чудесами и рассевал свое нечестивое учение. Недолго человеческое может состязаться с делом Божиим. Самаритяне с усердием начали принимать веру, проповедуемую св. Филиппом. Его публичные и бесчисленные чудеса, святость жизни, чистота и возвышенность учения, все это могущественно содействовало распространению имени Христова, которое самаритяне уже слышали прежде сего года за два или за три. Новый проповедник собрал богатые плоды своей божественной проповеди и крестил множество самаритян; и сам Симон, увлеченный их примером и чудесами проповедника, находился в числе крещеных. Но так как св. Филипп был диакон, то он и не мог дать ничего другого, кроме крещения; он тотчас уведомил апостолов, что Самария получила слово Божие. Ученики Иисуса Христа послали Петра и Иакова, чтобы они возложением рук низвели Духа Святого. И справедливо было.самим апостолам благословить церковь, образовавшуюся из избранных иудеев. Это случилось в 35 г. от Р. X.; по совершении этого предприятия Дух Святой внушил Филиппу идти в Дамаск. Здесь предстояла для него новая победа: евнух, казначей Кандакии, царицы ефиопской, возвращался из Иерусалима; этот человек, вероятно прозелит, ездил в Иудею на поклонение во храм. «Дух сказал Филиппу: подойди и пристань к сей колеснице». Филипп повиновался и услышал, что евнух читал книгу пророка Исайи. «Разумеешь ли, что читаешь?» - спросил ученик. Читающий отвечал: «Как могу разуметь, если кто не наставит меня ?» - и потом, обращаясь к проповеднику, начал его просить сесть с ним в колесницу. Филипп сел, и евнух начал читать: «Как овца, веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзает уст Своих. В уничижении Его суд Его совершился. Но род Его кто разъяснит? ибо вземлется от земли жизнь Его. Евнух же сказал Филиппу: прошу тебя сказать: о ком пророк говорит это? о себе ли, или о ком другом?» Тогда св. Филипп, воспользовавшись этим случаем, раскрыл все таинства христианские. И пока они разговаривали, приехали к воде. «Не можешь ли ты меня крестить?» - спросил ревностный прозелит ученика Христова. «Без сомнения, могу, если ты веруешь всем сердцем», - отвечал Филипп. - Благодать принесла свой плод: «Верую, что Иисус Христос есть Сын Божий», - вскричал тогда ефиоплянин. Филипп крестил и потом оставил его. Дух Святой перенес его в Азот. Евнух, полный радости, продолжал свой путь и впоследствии сделался проповедником для своих соотечественников, как думают об этом св. Ириней и другие писатели. А св. Филипп, продолжая свое служение, пришел в Кесарию, в свой отечественный город, где и поселился жить. Здесь-то, в 38 г., он принял у себя апостола Павла, который возвращался из Ахаии в Иерусалим. Евангелист Лука, сопутствовавший учителю язычников, говорит, что у Филиппа были четыре дочери, которые свое девство посвятили Богу и имели дар пророчества. Они-то первые показали пример девственниц в христианстве. И после долгое время с благоговением посещали четыре комнатки, где эти девственницы жили, как говорит бл. Иероним. Больше мы ничего не знаем достоверно положительного об этом проповеднике; некоторые из писателей, смешивая его имя с именем апостола Филиппа, утверждают, что он умер в Иераполе мученической смертью. Но вообще думают, что св. Филипп скончался в Кесарии. Память его празднуется 11 октября и 4 января.

ФИЛИПП, один из сыновей Ирода Великого и Клеопатры, шестой жены его. Лета юности Филипп провел в Риме, который был тогда столицей мира, а Август царствовал со славой; очарование побед и успехи наук и искусств окружали его трон славой всякого рода. Возвратившись в свое отечество, Филипп должен был заняться наукой управления как будущий государь. Филипп сначала явился к Вару, правителю Сирии. Здесь он узнал о смерти Ирода и о намерении своих братьев, нетерпеливо желавших заместить своего отца и состязаться о престоле. Ирод назначил своим преемником сына своего Архелая, который поэтому и явился в Рим. Император обещал ничего не делать, что противно его выгодам, и утвердить завещание отца его. Впрочем, Август не решил еще, отдать ли Архелаю всю Иудею или разделить ее между сыновьями Ирода, которые все признали его верховным судьей в этом деле. С этого времени Иудея предана была в жертву многочисленным беспорядкам, которые один за другим постоянно с большой силой следовали. Народ иудейский, склонный к возмущениям, которые довели его до уничтожения, видя праздным престол, воспользовался этим случаем как средством к восстановлению своей независимости и, не имея сил освободиться от власти римлян, старался свергнуть иго царей этой нации. В то время как Архелай находился в Риме, неприязненное движение заметно стало в Иудее. Правитель Сирии выступил с отрядом войск против мятежников, победил их и принудил повиноваться воле императора. Это было последнее средство этого беспокойного, мятежного и жаждущего свободы народа, свободы, которой ему уже не суждено было видеть. Пятьдесят послов отправились к Августу с просьбой о сохранении их законов. Более восьми тысяч иудеев, живших в Риме, соединились с ними. Филипп, который жил доселе при Варе, оставил Сирию по его совету и отправился в Рим под предлогом содействия своим соотечественникам, а на самом деле для того, что надеялся получить себе часть из удела отца своего, в случае если иудеи успеют получить желаемое. Император, окруженный своим великолепным двором, вышел в Аполлонов храм. Послы здесь жаловались на жестокость Архелая, что он убил больше 3000 человек собственной своей нации в то время, когда получил власть, не будучи уверен, утвердит ли его еще император. Наконец, они просили Августа изменить форму правления, избавить их от зависимости царей и подчинить только правителям римским, которые находятся в Сирии. По окончании аудиенции собрание было распущено; а спустя несколько дней император согласился дать Архелаю только половину царства Иудейского с титулом этнарха и обещал сделать его царем, если он будет достоин по своим качествам. Вторую половину Август разделил между Филиппом и Антипой, сыновьями Ирода, также претендовавшими на престол. Филипп получил в свой удел Васанитиду, Трахонитиду и Авранитиду с частью, принадлежавшей Зенодору, то есть тетрарху Авилены. Таким образом, Август исполнил завещание Ирода и разделил его царство между всеми детьми. Филипп ничего не забыл для утверждения своей власти в тетрархии. Он с особенным тщанием занялся Панеадою, которая стояла при истоке Иордана, и наименовал ее Кесарией. Расширил местечко Вифсаиду, лежавшее на берегу Генисаретского озера, сделал из него город, изукрасил его и наименовал Юлгадой, в честь Юлия, сына Августова. Филипп умер на 20-м году царствования Тиберия, после 37-летнего праачения тетрархией. Он был государь очень умеренный; любил приятную жизнь и покой и жил всегда в своих владениях. Когда же он объезжал свои города, его сопровождало только небольшое число самых близких друзей. Филипп имел у себя стул, род трона, на который он садился, произнося суд; этот стул всегда носили за ним, потому что тетрарх имел обыкновение, лишь только встретит на дороге просителей, узнав их просьбу, тотчас решать дело, виновных наказывал, а невинных оправдывал. Филипп умер в Юлиаде и погребен был самым великолепным образом; его положили в пышной гробнице, которую он сам построил для себя. Так как от него не осталось детей, то Тиберий и присоединил владения Филиппа к Сирии, под тем предлогом, чтобы деньги не выходили из этой страны.

ФИЛИТ, христианин из греков, а потом ересиарх (около 55 г. от Р. X.). Ни Biographic universelle, ни Плукет в Dictionaire de heresies решительно не упоминают об этом еретике. Подобно Именею, Александру, Гермогену, Филит отвергал догмат воскресения тела, потому что единство души и тела он считал состоянием униженным, в котором человек неспособен к добродетели. Хотя он и не осмеливался отвергать воскресения, но принимал, что воскресение есть только от греха к жизни благодатной. Апостол Павел во Втором послании к Тимофею предохраняет своего возлюбленного ученика от заражения этими заблуждениями. «И слово их, как рак, будет распространяться. Таковы Именей и Филит, которые отступили от истины, говоря, что воскресение уже было, и разрушают в некоторых веру» (2 Тим. 2:17-18).

ФИЛОЛОГ, один из семидесяти апостолов, ученик апостола Павла. Греки считают Филолога епископом Синопы в Понте; Ориген думает, что он был женат на Юлии. Апостол Павел отзывается об этом ученике как о самом вернейшем из христиан. Память его празднуется 4 января и 6 ноября.

ФИЛОН, знаменитый философ и ученый иудейский, из секты фарисейской, родился в Александрии, за 30 лет до Р. X. Он происходил из священнического дома, который был одним из замечательнейших в этом городе. Филон получил блестящее образование и в короткое время прославился как философ и литератор. Никто, по словам Евсевия, не знал философии Пифагора и Платона так основательно, как Филон. Он привязался к этим философам еще с ранних лет и до того их усвоил, что его называли Платоном иудейским или иудеем, рассуждающим как Платон - Филон Платонизат или Платон Филонизат - как обыкновенно о нем говорили в Александрии. Филону было уже 70 лет, когда иудеи, его соотечественники, решились отправить депутатов в Рим, чтобы у императора Калигулы выхлопотать утверждение прав гражданства, которыми они пользовались по согласию Птолемеев и кесарей. Филон должен был сопутствовать послам, чтобы истребовать для синагоги права, которые у нее были отняты. Хотя император и принял его и позволил ему изъяснить предмет своего путешествия, но его посольство осталось без успеха, и сам философ должен был бежать из Рима. Говорят, что он в другой раз путешествовал в этот город, когда там был апостол Петр, и что этот ученый сначала принял христианскую веру, а потом оставил ее. Но это мнение более чем сомнительно; и новейшие критики считают его совершенно ложным, несмотря на авторитет Евсевия, Иеронима, Свиды и Фотия, которые говорят об этом. По объему статьи, назначенной для словаря, мы не можем заняться всеми частностями жизни этого человека. Филон умер в старости, но неизвестно, в какое время. Он оставил после себя много сочинений, замечательных по возвышенному слогу, благородству мыслей и силе изложения; небольшая часть его произведений затеряна. Главнейшие из них следующие: 1) множество аллегорических изъяснений на книгу Бытие, на 6 дней творения, на обрезание, на обряды и предписания закона; 2) трактаты о политике, нравственности и философии: о монархии, о справедливости и конституции, о жизни созерцательной, об атеизме, о суевериях и проч.; 3) книга против Флакка и о посольстве к Калигуле. Самое лучшее издание сочинений иудейского философа было сделано в Лондоне, где они изданы были на греческом и латинском языках в 1742 г., 2 тома in folio. Филон, проникнутый философией Платона и Пифагора, хотел найти ее в Священном Писании; он простые и естественные факты облек в аллегории, более или менее вероятные или вымышленные. Правда, весь Ветхий Завет был образом, как об этом говорит апостол Павел в Послании к Евреям; но Филон не понял духа этих образов; он старался их понимать по началам своей философии и очень часто заблуждался. Он был одним из замечательнейших писателей александрийских неоплатоников; его творения в первые века христианства сделались неистощимым источником ересей. Все секты гностические, столь чудовищные и смешные, пользовались учением этого ученого и знаменитого еврея; философы и богословы всегда если не с пользой, то не без удовольствия читали Филона, потому что он обладает самыми высокими качествами как писатель. Несмотря на свою обширную ученость, аллегорические изъяснения на книгу Бытие мало принесли пользы. Как свидетель относительно христианства, этот ученый не имеет никакого авторитета, потому что он не упоминает ни об Иисусе Христе, ни об апостолах, ни об их учении.

ФИНЕЕС (1465 г. до Р. X.), третий первосвященник иудейский, сын Едеазара и внук Аарона. Он пользовался между израильтянами заслуженным уважением, которое снискал себе своей ревностью и храбростью; он часто делил труды своих братьев и предотвращал их от преступлений. Когда Замврий, сын Силома, несмотря на печаль своих собратьев, осмелился ввести в свою палатку Хазви, дочь Сура, князя мадиамского, Финеес, проникнутый святым гневом, последовал за преступниками и пронзил их кинжалом на месте преступления; такой пример послушания воле Божьей тотчас был понят; всякое недоумение исчезло; определенные жертвы тотчас были принесены, несмотря на печаль тех, кто был избран орудием при исполнении воли Божьей. Поступок Финееса тем похвальнее, что он был совершен среди самых критических обстоятельств; наградой такой любви к благочестию были не только город Гавааф, где отец его Елеазар был погребен, но обещание, данное Моисеем, что первосвященническое достоинство будет принадлежать ему и потомкам его: правда, это достоинство после перешло в дом Ифамара и уже при Давиде перешло в дом Елеазара и Финееса в лице Садока, который разделял его с Авиафаром, происходившим из дома Ифамара; а в царствование Соломона Садок остался один первосвященником и передал это достоинство потомству своему. За этот пример ревности, воспоминание о котором никогда не терялось у евреев, Финеес был избран начальником 12-тысячной армии, которая назначена была Господом для отмщения неправд, столь часто причиняемых мадианитянами. Победа, одержанная иудеями, была тем блистательнее, что пять царей, которые обладали численным превосходством своих сил, предводительствуемых ими, пали на месте сражения. Финеес с торжеством возвратился дать отчет в счастливом исполнении своего поручения и представил Моисею бесчисленную добычу, которая ему досталась; за ним шли все жены и дети плененные, но которые, по воле Божьей, должны были погибнуть вместе с врагами. В самом деле, еще прежде сего мадианитские женщины внесли в народ идолопоклонство и разврат; поэтому сохранить им жизнь значило бы оставить в народе причину повреждения и источник неверия. Непослушание Финееса и его сожаление, сколь они ни естественны, могли иметь гибельные последствия, которых он, разумеется, предвидеть не мог. Когда упреки Моисея охладили его радость и показали ему всю глубину измены, важности которой он не видел, меч должен был снова подняться, и уже на этот раз не помиловал никого; все множество женщин не только взрослых, но и даже молодых, не потерявших еще девства, преданы были смерти. Мы не думаем оправдывать этого кровавого наказания жен и детей, которое может показаться бесчеловечным, если рассматривать этот факт без отношения к обстоятельствам. Но в это время в народе израильском были такие грубые склонности, которые требовали торжественного и как бы кровавого искупления, чтобы показать ему, как велико его преступление и как страшна его измена. Если мы перенесемся в ту эпоху, когда самое кровавое преступление легко забывалось, если мы со вниманием присмотримся к нравам и характеру народов организованных, то увидим, что и голос самого пророка производил мало действия, услышим вопль бесчисленных жертв, который едва обращает внимание и тотчас забывается даже теми, которые присутствовали при казни. Те, которые в этих распоряжениях хотят видеть суровость Моисея ко врагам, забывают или, точнее, не хотят обратить внимания на те обстоятельства, в которых находился народ иудейский, на его частое непослушание, постоянный ропот и преступную наклонность к идолопоклонству. Не углубляясь в исследование всего этого, заметим мимоходом, что распоряжения небесные и тогда, по суду людей, были основаны на глубоких соображениях; хотя Господь и не обязан открывать причины Своей всемогущей деятельности, однако Он благоволил для нас открыть необходимость этой строгости, которая может показаться произвольной, если не видеть основания, но которая будет достойна удивления, когда глубже вникнуть в существо дела. Другое поручение, которое было дано Финеесу, было тем важнее, что туг надо было иметь дело со своими соотечественниками. Известно, что два с половиной колена не вошли в обетованную землю, а поселились по ту сторону Иордана. Израильтяне этих колен, считая отныне себя уже бесполезными, воздвигли на берегу Иордана огромный памятник, который должен был, думали они, служить им напоминанием их единства с теми, которые будут жить в самой Палестине, особенно если другие колена забудут их, отстранят от скинии и будут считать их чуждыми. Лишь только слух об этом происшествии достиг народа, ропот неудовольствия пробежал по всему Израилю. Иудеи смотрели на этот памятник как на алтарь, воздвигнутый в честь языческих богов, и считали это уже восстановлением идолопоклонства; а если бы это был и алтарь истинному Богу, и тогда бы он послужил поруганием святыни, потому что одна только скиния должна быть местом жертвоприношения. Поэтому назначена была депутация из 10 человек, по человеку из каждого колена; начальство над ней вверено Финеесу, которому было поручено исследовать это происшествие. Когда послы прибыли в Галаад, воины трех колен соединились вокруг них и Финеес сказал собравшимся старейшинам: «Что это за преступление сделали вы пред [Господом] Богом Израилевым, отступив ныне от Господа [Бога Израилева], соорудив себе жертвенник и восстав ныне против Господа? Разве мало для нас беззакония Фегорова, от которого мы не очистились до сего дня и за которое поражено было общество Господне ? А вы отступаете сегодня от Господа! Сегодня вы восстаете против Господа, а завтра прогневается [Господь] на все общество Израилево»; и потом, проникнутый живым негодованием, он дал ему свободу: из его уст полились слова, дышащие горестью и добротой; он убеждал своих братьев перейти реку, если они боятся жить в земле чужой; там, между своими соотечественниками, они найдут радость и счастье; наконец заключил свою речь указанием на проступок Ахара, сына Заранова (И. Нав. 22:16-20). Блистательное красноречие Финееса, торжественность этого поступка, все это легко могло произвести смущение в тех, кого обвиняли в идолопоклонстве. Когда первый порыв смущения прошел, начальники тех, которых обвиняли, с откровенностью объяснили побудительные причины этого поступка, который только по виду казался преступным, но в самом деле здесь не было никакой мысли ни об идолопоклонстве или отступлении от Бога. Депутаты, видя, что их поручение счастливо исполнено, изъявили через Финееса радость о том, что они нашли своих братьев твердыми и послушными закону, и изъявили надежду, что отныне ничто не нарушит единства, самым вернейшим залогом которого должен служить этот памятник. После этого послы возвратились к Иисусу Навину дать отчет об этом происшествии. Предводитель народа Божия, услышав это, освободился от жестокой печали, которая до того удручала его. Финеес, ревность которого равняется благоразумию и мудрости, был уже жрецом, судя по этому посольству, и разделял с Елеазаром его высокую должность, которую сам он наследовал тогда, когда получил достоинство первосвященника. После смерти своего отца Финеес непосредственно наследовал ему в первосвященстве и сделал местом жительства своего Силом. Священное Писание нам ничего не говорит больше о нем, кроме того, что Авиуд, сын его, наследовал ему в первосвященстве (см. Иисус, сын Навина).

ФИНЕЕС, см. Офини и Финеес.

ФЛАКК, прокуратор (см. Каш Авиций Флакк).

ФЛЕГОНТ, один из семидесяти апостолов, ученик апостола Павла. Священные писатели думают, что Флегонт был епископом Марафонским в Аттике; более нам ничего не известно о его жизни. Память празднуется 4 января и 8 апреля.

ФЛОР, см. Гессий Флор,

ФОЛА, шестой израильский судья. Он происходил из колена Иссахарова и был двоюродный брат Авимелеха, которому наследовал свою власть. Об управлении Фолы нам ничего не известно, кроме того, что его время было счастливее по сравнению с предшествовавшим. Многие из иудеев, убежавшие в чужие земли во время жестокого угнетения, возвращались теперь в свое отечество. Народ, занятый доселе войной и живя почти все время в лагере, начал заниматься возделыванием и удобрением земли. В жизни номадов земледелие всегда является прежде всех искусств; и при Фоле мы видим это в первый раз: картина этой жизни прекрасно нарисована в жизни Руфи, которая, говорят, пришла во время правления Иудеей этим судьей

ФОМА, апостол и, по общему мнению, мученик, в Евангелии еще называется Дидимом; оба эти имени, одно греческое, а другое еврейское, значат близнец; итак, должно быть, у этого апостола был еще брат, который родился на свет вместе с ним; думают, что это был Иуда, называемый Фаддеем. Родившись в Галилее от бедных родителей, Фома занимался ремеслом своего отца и ловил рыбу, пока не коснулась его слуха проповедь Мессии и не заставила его, оставив сети, идти вслед Спасителя. Сделавшись одним из 12 учеников Иисуса Христа, Фома, по сказанию Матфея, занимает седьмое место, а по сказанию Марка и Луки, восьмое; там св. Фома именуется прежде Матфея, а здесь после; причина такого различия заключается, кажется, в скромности евангелиста Матфея, который прежде себя хотел поставить ученика, которого Господь удостоил особенного явления, чтобы сделать его веру несомненной. Апостол Фома был со своим Учителем по ту сторону Иордана, когда им сказали о смерти Лазаря. Иисус решился возвратиться в Иудею, чтобы прославить Отца Своего. И когда при предсказании тех бедствий, которые должны разразиться над последователями Иисуса Христа, ученики пришли в ужас, тогда Фома вскрикнул: «Идем в Иудею, да умрем с Ним!» Какая глубокая привязанность, которая простиралась до героического желания положить за него свою жизнь! В последний вечер, который Иисус разделил со Своими учениками и когда Он сказал ученикам Свою трогательную, исполненную любви истинно Божественную речь, Он ясно засвидетельствовал о своей смерти и для утешения своих страждущих спутников сказал им: «В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я. А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете. Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь? Иисус сказал ему: Я есмъ путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14:2-6). Слова вечной истины, слова, выражающие весь дух, всю сущность Евангелия. Таким образом, спрашивает ли, сомневается ли апостол Фома, кажется, руководствуется внушением Промысла: здесь его смелый вопрос открывает нам божественный источник истинного света; в другом месте его сомнение заставляет, так сказать, всех неверующих осязать истину; и тайна его личного неверия и ему самому непонятна. Наконец безгрешный Агнец вознесен был на жертвенник Голгофы, небо покрылось мраком при виде злодейства, какое совершается на земле; но в третий день жизнь торжествует над смертью, и Иисус воскрес и явился святым женам. На другой день, когда ученики были собраны в одной горнице, как робкое стадо, и страха ради иудейского и двери этой комнаты были заперты, вдруг Воскресший является среди них и говорит: «Мир вам». По юле Божьей, Фомы тогда не было. «Мы видели Господа», - говорили Фоме ученики, когда он возвратился. «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, - отвечал он, - и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю» (Ин. 20:25). Сомневаться в воскресении Иисуса Христа не значило ли сомневаться в Его Божестве? Он предсказал Свое, воскресение; и если бы Он не имел власти над смертью, то Его пророчество было бы ложно, и Он не был бы Богом. Фома оставался в своем неверии в продолжение восьми дней; наконец, когда ученики были собраны и, как и в первый раз, двери были заперты, Иисус Христос вдруг опять является среди Своих избранных последователей и, обращаясь к неверующему Фоме, говорит ему с той благостью, которая заставила Его спасти падшего человека: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим» (там же, 27). Апостол сделал то, что Бог ему позволил, говорят отцы; но достаточно было и того, что он мог это сделать, говорит Августин, хотя, может быть, и не хотел. «Господь мой и Бог Мой!» - вскричал неверующий ученик. Он убедился, что Бог тот, Кого он видит человеком, потому что Божество не может быть видимо смертными глазами. «Итак, - говорит Григорий Beликий, - Иисус Христос был Бог и человек, Его Божество не отделилось от Его тела; и при одном ответе апостола: Господь мой и Бог мой падает ересь Нестория». Таким образом, одним этим словом этот апостол делается богословом, отцом и учителем всей Церкви. В самом деле, вера в Божество Иисуса Христа есть сущность и основание нашей веры; без нее нет ни религии, ни спасающей благодати. Неверие этого апостола больше убеждает нас в вере, чем благочестивое доверие других апостолов; потому что этот догмат, по причине сомнения Фомы, получил силу несокрушимую и доказан самым осязательным образом. Когда жестокость иудеев разлучила Спасителя и Его возлюбленных учеников, каждый из них обратился к своему прежнему ремеслу, чтобы трудами своих рук избавиться от нужды. В одно утро Фома с Петром и три апостола и еще два ученика ловили рыбу в Генисаретском озере; но почти всю ночь они трудились по-пустому и наконец вытащили свои лодки на берег. Но в это время вдруг является на берегу озера один неизвестный человек и просит рыбаков закинуть сети; они повиновались и за свой бесполезный труд были вознаграждены сторицею: сети едва можно было тащить от множества рыб. Фома и его товарищи с изумлением смотрели на чудного Незнакомца; но любовь открыла Иисуса одному из Его возлюбленных учеников. «Это Спаситель!» - воскликнул Иоанн, и в самом деле это был Он. По сошествии Святого Духа, по получении дара языков апостолы разошлись по различным странам для проповедования слова Божия. Апостол Фома пошел на Восток. Он проповедовал учение об Иисусе Христе в Месопотамии, Мидии, Персии и магам, которые, по свидетельству Плиния, занимали особенную страну в Персии. Если верить одному арианскому писателю FV в., маги или волхвы, которым чудная звезда показывала путь в Иудею, сохранили и распространили веру. Это первое семя учения христианского было развито учеником Христовым, который эти юные растения напоил водой крещения. Будучи ревнителем покаяния, он имел почти тень человека, говорит Иоанн Златоуст; но самый слабейший из апостолов почерпал в силе своей веры непобедимое терпение. Бл. Августин рассказывает нам, как однажды из лесу вышел лев и разорвал на части одного несчастного, который оскорбил святого человека, и даже нанес ему пощечину, и за это был проклят; но этот факт взят из сочинений, имеющих авторитет у манихеев и которые вместе с Деяниями апостола Фомы, его путешествием, Апокалипсисом считаются подложными в церкви православной. Эти сочинения и еще ложное Евангелие апостола Фомы приписывается последователям Манихея. Кто-нибудь из этих еретиков или носил одно имя с учителем истины, или воспользовался его авторитетом, чтобы дать вес заблуждениям своего учителя. Год, когда умер св. Фома, кажется, в средние века был неизвестен; но св. Нил говорит, что его смерть случилась после мученичества апостолов Петра и Павла. В конце II в. думали, что апостол персидский кончил свою жизнь естественной смертью; св. Климент принимает также это мнение, и мартирологи, известные под именем бл. Иеронима, праздник св. Фомы полагают в месяце феврале, не приписывая ему чести быть мучеником. Но противоположное мнение образовалось в IV в. Феодорит, св. Нил и другие писатели думают, что этот апостол запечатлел своей кровью истину проповедуемой им веры. Но каким образом? Метафраст об этом рассказывает следующее. Дидим во время проповедования обратил своим учением ко Христу всех родственников языческого царя. Оставшись один в язычестве, он употреблял все свои усилия, чтобы этих новых поклонников Христа обратить к почитанию демона; но все его усилия остались бесполезными, тогда в ярости он послал свою стражу, которая и убила апостола, как виновника этого обращения. По прошествии некоторого времени сын царя сделался нездоров; все пособия медицины остались бесполезными. В отчаянии царь вспомнил о чудесах святого мученика и послал своих приближенных собрать прах с его могилы; и от этой земли юноша сделался здоров; прикосновение к мощам апостола дало ему такую чудесную силу. Ни одному из апостолов, исключая Петра, Павла и, может быть, Андрея, не воздавались такие почести, как Фоме, прежде нежели учредился праздник в честь его. Память этого проповедника празднуется у сириян в марте, у греков в средние века 8 октября; еще и в новейшее время они с особенным торжеством совершают память его. Церковь латинская память его празднует 21 декабря; в этот день одни празднуют смерть этого апостола, а другие - перенесение его мощей в Едессу. Но в древности как восточная, так и западная церковь имели обыкновение праздновать это торжество 3 июля, и это был самый древнейший праздник. Апостол Фома скончался в Индии; и это мнение было всеобщим на Западе в III в.; его находят в мартирологах бл. Иеронима, у Феликса, епископа Ноланского. Но Тиллемон сомневается, чтобы апостол этот так далеко простер свое путешествие, и полагает, что Калимин, название места, где св. Фома принял мученичество, есть Калимой в Аравии. Кирхер, со своей стороны, это слово читает Калурмин, что значит на камне. Это имя одной высокой скалы, отстоящей от Малиапура на два лье, куда часто апостол ходил молиться. Христиане св. Фомы, как их называют в Индии, всегда указывают на Калурмин Малиапурский как на место, где проповедник принял венец мученический; итак, Калурмин Малиапурский будет значить на скале Малиапурской или близ Малиапура. Описание этой скалы можно видеть в письме Тамарда, помещенном в начале XII тома Des lettres edifiantes et curieuses. Здесь, на скале, Дидим своими руками высек крест, равноконечный, который имел около двух футов в квадрате и один дюйм выпуклости. При подошве этой горы он получил смерть и омочил ее своей кровью. Вокруг этого памятника находится надпись; долго индийский иероглиф поражал взоры любопытных, но смысл его был недоступен, пока в XVI в. царь малиапурский не приказал двум старым браминам, замечательным по своим познаниям и добродетели, изъяснить эту надпись. Оказалось, что святой апостол получил мученическую смерть в 30 г. после проповедования христианства, и что Индия приняла благодать евангельскую, и узнала веру в Бога рожденного от Девы. Кирхер прибавляет, что спустя некоторое время исказились и совершенно исчезли эти первые семена христианства, брошенные рукой, которая прикасалась к ранам Спасителя. Идолопоклонство снова начало господствовать во всей Индии. Но в IX в. миссионеры, пришедшие из Вавилона, нашли здесь христианство, обезображенное ересью Нестория. Епископ их назывался Фома; было ли это настоящее имя этого человека или народ смешал в своем почтении имя человека, распространившего у них заблуждение, с именем учителя истины, неизвестно. Без всякого сомнения, его останки португальцы нашли в Малиапуре, откуда они перенесены с благоговением в Гоа. Все документы средних веков утверждают, что мощи апостола Фомы были перенесены в Едессу в 236 г. по Баронию; в этом городе раз в год была знаменитая ярмарка, где, говорит Григорий Турский, всякий мог продавать и покупать беспошлинно. Когда Едесса впала в руки персов, или сарацин, эта драгоценность была вручена острову Хиосу. Отсюда останки просветителя Индии перешли Оронт, который воздал им почести не меньшие, чем Николаю Чудотворцу. Один иезуит, будучи миссионером, обошел все эти страны; он знал языки сирийский, индийский и санскритский и рассказал автору De la Chine illustree, что церковь малиапурская сохранила в своих архивах записки св. Фомы о его апостольских путешествиях. Кирхер добавляет, что ученый миссионер читал эти записки в переводе с сирийского на латинский язык. Апостол прошел Иудею, Сирию, говорит он в одном отрывке, Армению, Месопотамию, Персию, остановился в городе, называемом Солдариа, где его слово обратило ко Христу толпу язычников. Наконец, он проник в царства Кандагар, Галабор, Калфурстан, посетил Гузарат Малый, проповедовал в Бенгале, перешедши Альпы Тибрские по дурным, трудным, извилистым дорогам. Апостол кончил свою жизнь в Малиапуре, после посещения Декана. Письма, писанные на сирийском языке, на ветхом пергаменте говорят о собрании, какое сделал Фома всем епископам, которых он рукоположил; епископы были собраны из Кандагара, Галабора, Калфурстана и из Гузарата Малого. Биографы апостола Фомы не настаивают на множестве преданий об этом учителе, преданий, которые сохранились между индийцами, христианами апостола Фомы и между западными писателями; что касается рода мучения его, то и по рассказу Метафраста, и по надписи индийской, сохранившейся около памятника Калурминского, этот род один и тот же. Память св. славного апостола Фомы празднуется церковью 30 июня и 6 октября.

ФОРТУНАХ, один из семидесяти апостолов, ученик апостола Павла, который называет его начатком Ахаии. Фортунат вместе с Ахаиком и Стефаном отнес Первое послание, которое его учитель написал к коринфянам. Память его празднуется 4 января.