### Наум

Предисловия нет

### Наум 1

Странным был упрек от иудеев во времена нашего Господа (Иоан. 7,52), ибо были пророки, вышедшие из Галилеи. Иона и Наум были из Галилеи. Ни в чем люди не являют такую близорукость, как в чтении Библии; и даже к фактам из Писания обычно относятся с большей беспечностью, чем к фактам из какой-нибудь другой книги. Люди охотно забывают о том, что они считают неподходящим для запоминания.

Чувства также влияют на суждения, следовательно, есть склонность забывать самые простые факты и прибегать к искусственным средствам возвеличивания всего, что, на наш взгляд, занимает высочайшее положение в религиозных вопросах. Иерусалиму, некогда избранному Богом, отводилось именно такое положение. Иудеи, несмотря на их противоположный приговор, изо всех сил стремились преувеличить все то, что окружало Иерусалим ореолом славы, и отвергали то, что Бог совершил где-либо еще. Но Бог любит творить с неожиданным милосердием, и потому я не сомневаюсь в том, что то, к чему призывали эти два пророка, пророчествуя оба о Ниневии, согласуется с этим милосердием.

Галилея была районом, с обеих сторон граничавшим с языческими поселениями, и немало язычников жило на ее территории. Следовательно, народ там, хотя и не был (как и все другие народы) лишен предрассудков, все же был открыт к представлениям и чувствам, связанным с язычниками. Тем не менее, как мы уже видели в случае с пророком Ионой, у любого пророка, которого Бог когда-либо возвышал даже в самом Иерусалиме, могли проявиться истинно иудейские чувства.

Прежде всего Наум раскрывает перед нами образ Бога, и делает это замечательным образом посредством выразительного языка и, очевидно, с тем великолепием фраз, которые достойны того предмета, который Бог вверил ему. "Бремя {Прим. ред. : в русском переводе Библии - "пророчество"} Ниневии" означает здесь тяжкий приговор Бога, направленный против известного города, - эта фраза характерна для пророков. Вспомните, ведь и у пророка Исаии встречается выражение "бремя {Прим. ред. : в русском переводе Библии - "пророчество"} Вавилона", и о других городах пророки говорят так, подразумевая под словом "бремя" тяжесть приговора.

"Книга видений Наума Елкосеянина. Господь есть Бог ревнитель и мститель; мститель Господь и страшен в гневе: мстит Господь врагам Своим и не пощадит противников Своих. Господь долготерпелив". Разве каждый из нас не противопоставляет эти две вещи друг другу? Но в действительности это не так; ибо чем сильнее гнев Бога против того, что умаляет его славу, тем более явно то, что Он проявит свое долготерпение в своем негодовании, что совсем не характерно для нас. И действительно, долготерпение является лишь доказательством духовного величия, хотя бывают исключительные обстоятельства, при которых терпение означает недостаток надлежащего отношения. В Писании мы находим как правила, так и исключения. Медлительность восприятия не достойна Бога, и даже человека, но идти на поводу у чувств - это совсем другое дело. Я убежден, что чем больше мы осознаем присутствие Бога и чувствуем то, что угодно ему и, следовательно, что приличествует делать нам, его чадам, - блюсти интересы его царства всем сердцем, а также блюсти его честь и славу, такие дорогие для нас, то тем более мы должны взращивать в себе долготерпение перед лицом зла.

И разве не действительно то, что гнев в истинном и божественном смысле как отвращение ко злу составлял часть духовной сущности нашего Господа Иисуса?! Нет большего заблуждения, присущего многим современным христианам, чем утверждение, будто святой гнев исключается из того, что совершенно в духовном плане. Наш Господь Иисус в одном случае посмотрел вокруг с гневом; в другом случае говорится, что Он бичом с негодованием изгонял торговавших из храма; временами Он также обрушивал свой гнев на лицемерных служителей культа, пользовавшихся большим уважением и занимавших высокое положение. Христианин, не разделяющий подобные чувства, недостаточно понимает сущность Бога и то, что подобает человеку Бога. Я согласен с вами, что гнев слишком склонен принимать личную форму и, следовательно, скатываться к чувству мщения или желанию нанести обиду. Вполне понятно, что подобное чувство и желание отсутствуют у нашего Господа Иисуса. Иисус пришел, чтобы исполнить волю Бога; Он никогда ничего не делал вопреки этой воле, ничего, кроме того, что отвечало этой воле. Однако по этой самой причине Он был также долготерпелив, но, конечно, не в вынесении приговора, а в исполнении его над человеком; и, действительно, как нам известно, Он абсолютно отказался от этого, находясь здесь на земле. Он мог бы подождать подходящего момента. Ведь Бог являл свое милосердие и, как часть его, свое долготерпение в средоточии зла. И нет ничего более прекрасного, ничего более божественного, чем такое проявление милосердия в терпении.

И здесь, по-видимому, также представлена эта замечательная черта, что даже когда пророк Наум заявляет о приближающемся наказании от Бога, он прилагает все свои усилия, чтобы убедить в том, что Бог не только мстит своим врагам, но и являет долготерпение: "Господь долготерпелив и велик могуществом, и не оставляет без наказания; в вихре и в буре шествие Господа, облако - пыль от ног Его". Понятно, что выражение "соблюдение чистоты не делает чистым" вовсе не противоречит тому, что Бог оправдывает верующего в Иисуса вплоть до времени безбожия и нечестия. Это пока еще не было подходящим и предопределенным случаем для откровения благодати Бога в оправдании; но даже в этом случае нет оправдания кому-либо как грешнику. Именно это так важно уяснить себе. То, что Он не спешит мстить беззаконию, не значит, что Он оправдывает его. Он никогда не оправдывает грешных таким образом. Нет более сурового приговора злу, чем то, когда Он вменяет беззаконие, поэтому причина этого невменения беззакония верующему заключается в том, что Он не только не приписал его, но и поступил с ним в соответствии с присущим ему неприятием зла и справедливым осуждением всего этого на кресте Христа. Еще более ясно (когда речь, как здесь, идет не о его милосердии, а о его справедливом правлении на земле), что Бог на самом деле никогда не относится к грешникам как к невиновным.

И теперь верующий обязан подражать образу Бога, ибо он должен помнить, что это наш христианский долг. Что-либо другое было бы фарисейством. Но нет ничего более важного, чем оставаться верным образу Бога, который есть наш Отец, природу которого мы имеем теперь, и который полностью открылся нам во Христе. И это, как мы видим, самым прекрасным образом проявилось в слуге Бога - апостоле Павле, которому наряду со всеми другими признаками апостольства было присуще и долготерпение. Оно в такой же замечательной мере присуще Христу, как и любое другое качество. Ничто не превосходит все так, как только долготерпение, на что не способен сатана. Конечно, оно имеет более испытующий характер в среде тех, кто должен знать больше, как, например, среди коринфян. Ибо это были посвятившие себя служению Господу и принявшие его имя; но, обращаясь именно к ним, апостол Павел говорил, что истинно апостольские черты характера проявились в нем именно в долготерпении. После этого Господь являл чудеса перед ними и сверхъестественные откровения, но его долготерпение превосходило все остальное только потому, что предчувствовало зло и его силу и, тем не менее, доказало свое превосходство над ним. Что вы сможете сделать человеку, которого ничто не может поразить и которого (что бы ему ни сделали и что бы ему ни пришлось выстрадать) нельзя сбить с пути Христа? Именно это, я думаю, и бросается больше всего в глаза в характере апостола Павла. Несомненно, были качества (дарованные от Святого Духа, еще более благосклонные и обновляющие) в Петре, Иоанне, Варнаве и других, будь то апостолы или нет, но я не думаю, что кто-либо из вышеназванных приблизился к Павлу по степени долготерпения, которое он проявлял в полной мере: он был долготерпелив до мозга костей. Хотя Павлу были присущи те же страсти, что и остальным людям, он все же обладал таким чувством Христа, что поистине делало его больше, чем победителем.

Итак, в этом отрывке, говоря об управлении Бога человеком на земле, пророк раскрывает Господа в определенном свете, и на это нам следует обратить внимание, потому что Господь является тем особым откровением Бога, которое обозначало для его народа того, кто правил ими. Даже тогда Он был "долготерпелив и велик могуществом, и не оставляет без наказания; в вихре и в буре шествие Господа, облако - пыль от ног Его. Запретит Он морю, и оно высыхает, и все реки иссякают; вянет Васан и Кармил, и блекнет цвет на Ливане. Горы трясутся пред Ним". Конечно же, под словом "горы" обычно подразумевались великие престолы власти на земле. "Горы трясутся пред Ним, и холмы тают, и земля колеблется пред лицем Его, и вселенная и все живущие в ней. Пред негодованием Его кто устоит?.. Гнев Его разливается как огонь; скалы распадаются пред Ним".

Но это еще не все. "Благ Господь, убежище в день скорби". Теперь мы подходим к тому, что имеет отношение к праведным. Он долготерпелив даже к творящим злодеяния, которых Он в конце концов накажет, но Он дает убежище праведным. Он "знает надеющихся на Него". "Но всепотопляющим наводнением разрушит до основания Ниневию, и врагов Его постигнет мрак". Затем следует вызов: "Что умышляете вы против Господа? Он совершит истребление, и бедствие уже не повторится". Возможно, здесь содержится намек на тот удар, который уже обрушился на Ассирию. "Бедствие уже не повторится, ибо сплетшиеся между собою как терновник и упившиеся как пьяницы, они пожраны будут совершенно, как сухая солома". Но мы должны помнить, что Дух пророчества видит и объявляет о том, что еще не произошло. Поэтому я сказал "возможно", ибо в любом случае верующий не помнит, что разрушение Ниневии Киаксаром и Набополассаром произошло в 625 году до нашей эры, а Наум, по мнению большинства, достиг своего расцвета почти за столетие до этого.

После этого следует прямой намек на врага, о котором далее идет речь в этом замечательном описании: "Из тебя произошел умысливший злое против Господа, составивший совет нечестивый. Так говорит Господь: хотя они безопасны и многочисленны, но они будут посечены и исчезнут". Таким образом, становится понятно, что Бог в этих откровениях соединяет два элемента: с одной стороны, осуждение всего дурного в своем народе, а с другой - безжалостных противников, не ведающих о милосердном намерении Бога исправить свой народ. Он не оставит их без наказания, но допустит ли Он полный конец? Таким образом, с одной стороны, кара была отмерена и цель соответствовала милости Бога. С другой стороны, Бог дозволял врагам безгранично и беззастенчиво изливать гнев на его народ, однако Он не просто использует их злобу по отношению к иудеям во благо своему же собственному народу и для наказания их неверности, но и обратит свой гнев на злостных врагов, когда цель его будет достигнута. Ибо разве Бог одобрит беспощадную ненависть к Израилю - явное безразличие не только к состраданию, но и к справедливости, и, более того, презрение и гордыню по отношению к нему самому? На основании того факта, что Бог дозволил им так мстить земле и народу Израиля, ошибочно утверждать, что нет Бога совсем или что они достигли преимущества перед истинным Богом. Поэтому Он справедливо обратит свой гнев на врагов Израиля и погубит их, и это так же несомненно, как и то, что Он использовал их сначала для наказания беззаконных в Израиле. Об этом говорят все пророки, и ни в одном из пророчеств не говорится более ясно о пользе привнесенного Ассуром. Наум, как и прочие, доходит до самого конца.

Таким образом, первый удар, я полагаю, последует от Сеннахирима; второй, пожалуй, будет от угрожающего Ассура, наказанного гибелью Ниневии; и гибель Ниневии как бы символизирует окончательный суд над Ассуром, северным царем, в последние дни. Хотя Бог поверг Израиль руками его врагов для его же пользы, подобное бедствие больше не повторится. Следующий отрывок высвечивает грядущее вплоть до самого конца: "А тебя, хотя Я отягощал, более не буду отягощать. И ныне Я сокрушу ярмо его, лежащее на тебе, и узы твои разорву. А о тебе, Ассур, Господь определил: не будет более семени с твоим именем; из дома бога твоего истреблю истуканов и кумиров; приготовлю тебе в нем могилу, потому что ты будешь в презрении". Я думаю, что обращение "а тебя" в стихе 12 относится к Израилю, а в стихе 13 - к Ассуру. Следовательно, Бог представлен обращающимся к каждому персонально по очереди.

И наконец в последнем стихе первой главы, который некоторые предпочитают относить к началу второй, мы читаем прекрасные слова : "Вот, на горах - стопы благовестника, возвещающего мир". С наказанием Ассура воцарится мир в Израиле, и об этом будет объявлено повсюду, как только Бог завершит свое дело в Иерусалиме. Иными словами, когда в Иерусалиме полностью завершится нравственная сторона дела, Он исполнит свое последнее дело - суд именно над Ассуром, и только тогда наступит царство мира, о котором здесь говорится .

Казалось бы, что израильтяне выйдут к народам свидетельствовать о царстве Бога после гибели Ассура и после того, как они поселятся на этой земле. Таким образом, слово Бога распространится далеко и широко, подкрепляемое той силой, которая так заметно выступала от имени его народа. Ибо знание Его и его славы должно покрыть землю, как воды покрывают моря; и израильтяне будут благовестниками среди народов. Я думаю, что иудеи будут благовествовать не только после того, как поселятся на обетованной земле, но и до этого. Становится ясным, что слово Бога будет активно проповедоваться в период между восхищением святых живыми на небо и их появлением с небес в славе вместе с Христом; есть основание верить, что это так и будет, хотя, может быть, в иной форме и после того, как появится Господь.

Ибо, следует заметить, что в пророчестве отмечается два великих перехода, которые многим легко спутать и которые все же необходимо различать, чтобы уяснить себе то, о чем идет речь. Будет перемещение после того, как Христос заберет святых, чтобы они встретили его на небесах. Это произойдет до того, как Он явится и низвергнет антихриста; все это произойдет в промежутке между перемещением тех, кому предназначена небесная слава, и явлением Господа и его собственных перед лицом мира. В этот период, когда предопределенное судьбой наказание обрушится на погрязший в грехах христианский мир, Господь в основном займется, насколько речь идет о земном, приготовлением остатка иудеев, отдельные из которых примут смерть, но потом силой благодати воскреснут в первое воскресение. Как пострадавшие вместе с Христом, они будут царствовать с ним. Таков неизменный принцип Бога. Но другие, которые не пострадают так, будут спасены и займут особое положение славы в этом царстве Бога на земле. Однако когда Господь явится и поразит зверя и лжепророка и их приверженцев иудеев или язычников, то произойдет еще одно перемещение, в течение которого Господь приведет в надлежащий порядок оставшиеся десять колен Израиля, как Он это сделает с первыми двумя коленами во время первого перемещения. И тогда Он полностью воссоединит и заново утвердит свой народ.

Таким образом, эти два перемещения ставят своей целью восстановление сначала Иуды, как такового, а затем Ефрема, сложив наконец эти два жезла в один в его руке (Иез. 37), и гибель Ассура имеет такое же отношение к десяти коленам Израиля, какое имеет к двум коленам Израиля низвержение антихриста. Одно произойдет до его пришествия, другое в интервале между его пришествием и установлением тысячелетнего царства мира, как его называют. Оно будет открыто провозглашено и о нем будет услышано. Об этом будет принародно объявлено еще до того, как это полностью завершится.

Но во время тысячелетнего царства, как я полагаю, иудеи выйдут с особой миссией ко всем народам, чтобы передать им слово Господа (Ис. 2; Мих. 4). Несомненно, слава будет явлена на земле Израиля, но помимо этого будет свидетельство определенного рода, как я полагаю, с целью обращения народов (Ис. 66). И в этом не должно быть сомнений. Это будет, в частности, в период второго пришествия, как и во время первого. Сначала будет евангелие царства, но, по-видимому, должно быть и дальнейшее благовестие.

"Вот, на горах - стопы благовестника, возвещающего мир: празднуй, Иудея, праздники твои, исполняй обеты твои [возможно, Израиль не полностью соберется], ибо не будет более проходить по тебе нечестивый: он совсем уничтожен". Следовательно, если даже не все будут пребывать в мире (что касается всего народа), то низвержение последнего Ассура явится знамением, возвещающим прочный мир (ср. Мих. 5, 4).

Имеется и другой отрывок, который упоминает о чем-то подобном служению небесных святых: "И листья дерева - для исцеления народов". Я нисколько не сомневаюсь, что славные святые принесут пользу или сослужат службу милосердия всему миру, хотя свет небесного состояния может носить более общий характер, чем это. По-видимому, листья дерева символизируют особые средства, которыми Господь воспользуется для оздоровления состояния людей на земле во время тысячелетнего царства; этот плод предназначен, образно выражаясь, для уст, вкушающих небесное.

### Наум 2

В главах 2 и 3 нам очень ясно и полно представлена главная цель пророчества Наума, к которой подводит нас первая глава, хотя в последней части ее нет и намека на главный предмет, то есть на Ассура. Но теперь великий город предстает перед нами наиболее отчетливо. "Поднимается на тебя разрушитель: охраняй твердыни, стереги дорогу, укрепи чресла, собирайся с силами". Вызов брошен Ниневии, и она должна изо всех сил защищаться, ибо ей грозит ужасная гибель. "Ибо восстановит Господь величие Иакова, как величие Израиля, потому что опустошили их опустошители и виноградные ветви их истребили". Таким образом, затрагивается и побочная тема, а именно суд над Израилем, вершимый его врагами; но поскольку Ассур исполнил этот суд таким образом, что оскорбил самого Бога, а не только наказал его грешный народ, то сам народ Ниневии должен готовиться к гибели. Следовательно, мы видим здесь двоякую истину - гибель Ниневии, которая, однако, связана с исправлением израильтян. Действительно, Бог осудит Израиль, и раз уж Он накажет свой собственный народ, который по крайней мере знал его и после длительного исправления познал и ответственность праведности, то как Он сможет допустить проявление нечестия и греха? Ниневия была городом безбожников, которые не думали и не заботились о том, чтобы исполнять волю Бога, и, тем более, не давали обета. Но народ Израиля давал его, и он пострадал за его нарушение.

Далее следует весьма яркое описание того, как ниневитяне готовились защитить себя от своих врагов. Из истории мы знаем, что Ниневию разгромили жители Мидии; и хотя человеческая история дает мало фактов относительно этого, несомненно то, что Вавилон способствовал этому. Хотя будучи городом таким же древним, как и Ниневия (если не древнее), Вавилон вышел на передний план лишь тогда когда Бог низверг Ассирию и Египет. Вавилон столетиями, подобно зверю на привязи, подвергался дрессировке, пока с наступлением подходящего момента не вышел на передний план и не превзошел по силе всех противников. Другие города или народы входили в силу куда быстрее, чем он, но в назначенный час, после долгого пребывания в тени, он вышел на первое место среди могущественных империй мира; Ниневия же была столицей Ассирии, что имело совершенно иное значение.

В отношении всего сказанного, я думаю, можно обнаружить, что языческие писатели большей частью путаются в этом; и не может быть более разительного контраста в древней истории, чем контраст между точностью Писания и ошибочностью мнений лучших светил языческой древности в отношении этих держав. Поражает даже неведение греков. Прославленный Ксенофонт проходил всего в нескольких милях от города Ниневии, но даже, по всей вероятности, ничего не знал о ней. Он обнаруживает крайне недостаточное знакомство с теми фактами, что имели место до него. Возможно, он спотыкался о внешние укрепления Ниневии, так и не узнавая их. Он принимал их лишь за один из городов Мидии, воздвигнутых в более позднее время, несомненно, из руин древней Ниневии. Я напоминаю об этом лишь для того, чтобы показать, какой замечательной книгой является Библия, даже как художественное произведение, и в каком неоплатном долгу мы пред Богом. Человек, пользующийся Библией искренне, несомненно, обретет знание не просто божественных истин, но даже узнает много нового о народах мира, что не могут дать ему все когда-либо написанные книги, кроме Библии. В сущности тот, которому все следовало обо всем знать лучше, если судить о знании по длительности пребывания на востоке (будучи лекарем царя Артаксеркса), был наихудшим историком в смысле достоверности, но его можно назвать почти что выдумщиком, и примешивание того, что ставило своей целью скрыть бесчестие ассирийцев и возвеличить своего персидского владыку, привело его если не к фальсификации, то уж наверняка к распространению персидского взгляда на их политику, обычаи и так далее. Это, естественно, ввело в заблуждение других историков, которые писали на эту тему позже и переняли некоторые нелепые ошибки этого человека. Того целителя звали Ктезием, и Диодор Сикул последовал ему. Он выдвигал необоснованные факты, которые могли бы опровергнуть другие античные писатели. Вследствие этого те греки, которые обитали поблизости, и те римляне, которые привыкли следовать грекам, находились в величайшем замешательстве по этой части; следовательно, те, кто привык подчиняться классикам и был научен смотреть на этих историков с точки зрения данной темы как на авторитеты, были введены в заблуждение. Кто как не ученые люди запутались во всем этом? Дело в том, что они взирали на таковых, будучи сами в неведении. Поэтому все эти писатели склонны путать Ассирию с Вавилоном. На эту тему никто из древних человеческих историков (насколько мы можем судить о других) не прольет надлежащего света; но божественный свет, если его использовать решительно, позволит нам выявить замечательные подтверждения.

Если должным образом исследовать десятую главу книги Бытие, то можно получить немало исторических сведений из множества ее подробностей в начале и узреть различные родословия, распространившиеся по земле, и проследить за ними до самого конца их развития. Это было бы очень интересно, но потребовало бы большого количества томов. Несомненно, истинный свет можно найти в Писании, и больше нигде, но можно усомниться в том, можно ли непрерывную историю сделать генеалогической линией. Это как раз и создало бы трудность. Людям понравилась бы завершенность, если бы она могла появиться, но я не думаю, что это соответствует тому, что можно назвать духовной системой Слова Бога, чтобы представить такой вид неразрывной целостности. Таким образом, даже в жизни нашего Господа Иисуса было бы довольно опасно попытаться составить непрерывную историю служения Христа из четырех евангелий. Я нисколько не сомневаюсь, что все то, о чем там говорится, есть точная и божественная истина, то есть истина не согласно человеческому наблюдению, а согласно совершенному божественному познанию всех фактов. И все же по этой самой причине она намного превосходит человека и построена на принципе, отличном от человеческого, ибо нет мысли о непрерывности в евангелиях, но только мысль о фактах, отобранных в духовных целях. Я полагаю, что то же самое содержится и в мимолетных исторических картинах Ветхого Завета: во-первых, начало, истоки, затем, возможно спустя столетия, - другой беглый взгляд на их столкновение с Израилем и, наконец, суд, который завершает все.

Насколько я понимаю, основная цель Писания - показать нам источники, чтобы затем сравнить их с заключительной сценой (а не с непрерывной линией развития между ними, ибо последнее присуще истории). Следовательно, здесь возникает затруднение, но оно главным образом происходит из-за недостатка материалов, имеющихся помимо Библии. Несомненно, о Дамаске упоминается в первой части книги Бытие, и часто упоминается во времена Давида и в разные другие эпохи Писания. Таким образом, это один из древнейших городов мира, а с другой стороны, это и теперь в некотором смысле процветающий город. Опять-таки некоторые из первобытных городов, упомянутых в книге Бытие (гл. 10), были опознаны в последние несколько лет, что, конечно, в большей или меньшей степени представляло собой интерес, потому что ясно указывало на каждый из них с приведением доказательств. И в то же время это довольно деликатное и очень сложное занятие, даже если и предполагалось возможным хорошо выполнить его.

"Щит героев его красен; воины его в одеждах багряных; огнем сверкают колесницы в день приготовления к бою, и лес копьев волнуется. По улицам несутся колесницы, гремят на площадях; блеск от них, как от огня; сверкают, как молния. Он вызывает храбрых своих, но они спотыкаются на ходу своем; поспешают на стены города, но осада уже устроена. Речные ворота отворяются, и дворец разрушается". Это, поистине, впечатляющая картина последних событий; и дело не только в том, что довольно подробно описано то, что до недавнего времени было скрыто, а теперь явлено изобилием багрянца и сверканием колесниц и всеми приготовлениями к войне, характерными для Ниневии, но и в том способе, каким над Ниневией должна быть одержана победа и который четко и ясно представляется здесь; и все больше через контраст, как и через сходство с Вавилоном, ибо город на равнине Сеннаар ни в коей мере не уступал Ниневии, а даже превосходил его своим величием: оба были воздвигнуты на знаменитых реках, райских реках. Тем не менее, хотя оба города являлись символами, падение одного, как и падение другого, в обоих случаях носило самый серьезный характер (в случае с Вавилоном даже в большей степени, чем с Ниневией). Река каждого из них играла важную роль в захвате этих двух городов, которые не только представляют собой контраст по отношению друг к другу, но и имеют некоторое сходство, ибо особым средством против Вавилона было осушение дна реки путем поворачивания ее в другое русло, в то время как кризисом, непосредственно ведущим к гибели Ниневии, было бы наводнение, а не изменение русла реки. Это, несомненно, замечательно; в то же самое время это приводит к пониманию того, как глупы те, кто не смог ясно заметить эту разницу. В целом это хороший урок для человека и немаловажный намек на то, чтобы мы более внимательно читали Слово Бога. Написавший Библию не испытывал затруднений на этот счет. Для него все это было ясно и понятно. Истинное затруднение в основном возникает не из-за непонятности языка, на котором написана Библия (за исключением редких случаев), а по причине того, что мы не спешим поверить во все то, о чем говорили пророки.

"Речные ворота отворяются" - не просто ворота города. Ворота этого города были открыты, если речь шла о Вавилоне, и нам известно замечательное описание этого у Исаии, где медные двери и железные запоры должны были уступить праведности с востока; ибо Бог призвал выступить Кира и предал царей словно прах его меча, словно жнивье, склонившееся перед ним в поклоне. Когда пришло время, то исчезли все трудности, и персы вошли в этот величественный город через пересохшее дно реки Евфрат, которую отвели в другое русло. Таким образом, ворота были открыты, и можно было спокойно пройти, когда захмелевшие от вина стражники были отосланы прочь. Но в случае с Ниневией именно водами реки были затоплены дворцовые здания и укрепления. Ниневия не была взята армией врагов, тайно пробравшихся через безводное русло реки, а затем прошедших через ворота города. Совсем другое произошло с Ниневией. Евфрат был отведен (через другое русло) от Вавилона, Тигр же напротив вышел из своих берегов и затопил большую часть Ниневии, поэтому были разрушены не только стены домов, но и их фундамент. Тщетно вызывает царь своих храбрых: они спотыкаются на ходу, поспешают на стены города, но осада уже устроена. Ворота отворяются, и дворец разрушается. "Она [Huzzab {Слово "Huzzab" вызвало большие споры. С одной стороны, Гезениус толкует его как "смытая", но, с другой стороны, доктор Хендерсон настаивает на переводе "хотя и надежно укрепленная"; оба истолковывают это вместе с предыдущей фразой. Господин Лизер переводит: "И царица". Эвальд, как представитель современных гебраистов, придерживается того мнения, что "Huzzab"-это имя, символизирующее царицу}] будет обнажена и отведена в плен, и рабыни ее будут стонать как голуби, ударяя себя в грудь. Ниневия со времени существования своего была как пруд, полный водою, а они бегут. "Стойте, стойте!" Но никто не оглядывается. Расхищайте серебро, расхищайте золото! нет конца запасам всякой драгоценной утвари. Разграблена, опустошена и разорена она, - и тает сердце, колени трясутся; у всех в чреслах сильная боль, и лица у всех потемнели". Иными словами, весь тот огромный запас драгоценной утвари, накопленный для удовлетворения мирского тщеславия, все, что служило эгоистичному наслаждению и тщеславию, было брошено теперь к ногам завоевателей и собрано для явной гибели, если не будет вывезено завоевателями. Такова в основном история человека.

Далее показано ликование пророка, вызванное крушением города, который так долго наводил ужас на Израиль, будучи издавна врагом, так надменно и настойчиво попиравшим его народ, ибо Ассирия являлась главным врагом, которого Бог использовал в дни царств, чтобы сдержать и сокрушить гордыню своего народа гордыней его врагов: "Где теперь логовище львов и то пастбище для львенков, по которому ходил лев, львица и львенок, и никто не пугал их [это самый живой образ того господствующего положения среди народов, которое долгое время вплоть до своего крушения занимала Ассирия], - лев, похищающий для насыщения щенков своих, и задушающий для львиц своих, и наполняющий добычею пещеры свои и логовища свои похищенным? Вот, Я - на тебя! говорит Господь Саваоф. И сожгу в дыму колесницы твои, и меч пожрет львенков твоих, и истреблю с земли добычу твою, и не будет более слышим голос послов твоих".

В то же самое время мы должны хорошо помнить, что каким бы ни было величие Ниневии и какой бы ужас ни внушала она народам, верховная власть никогда не принадлежала ей. Те, кто думает иначе, ошибаются и путают положение Ассирии с положением Вавилона. При тщательном изучении Писания обнаружится, что Ассирия была всего лишь самой великой среди объединенных в конфедерацию или независимых государств. Но не в этом заключается истинный смысл империи - ведь империя на деле означает державу, которая не только превосходит своей мощью другие державы, но держит остальных царей и народы в положении вассалов, и не только возвышается над толпой ей равных, но господствует над всеми остальными. До положения империи впоследствии поднялся Вавилон благодаря божественному предназначению; Ассирия, как и Египет, тщетно стремилась занять подобное положение. Такое стремление, увы, было не новым, завершилось же оно по-новому. Древний надзиратель Израиля - Египет - хотел бы занять такое положение, как и Ассур, о чем мы узнаем из книги пророка Иезекииль. Они оба настойчиво и долго стремились к господству, несомненно, думая, что верховное господство достанется кому-либо из двух; и поэтому они боролись не на жизнь, а на смерть. Египет был побежден первым, затем Ассирия. Власть, которую не ожидали и поэтому не страшились, сохранялась в резерве, ибо Бог уготовил это высочайшее положение для кого-то с самого начала. "Золотой главою" стал Навуходоносор. Вавилон стал колыбелью Вавилонской империи.

### Наум 3

В последней (3) главе пророк Наум изрекает: "Горе городу кровей [таковым городом для израильтян являлась прежде всего Ниневия]! весь он полон обмана и убийства [скорее, насилия - обычная двойная форма беззакония]; не прекращается в нем грабительство". Несомненный намек на уведенный, но не возвращенный народ.

Затем в стихах 2 и 3 представлено живое описание наступления и гибели врагов: "Слышны хлопанье бича и стук крутящихся колес, ржание коня и грохот скачущей колесницы. Несется конница, сверкает меч и блестят копья; убитых множество и груды трупов: нет конца трупам, спотыкаются о трупы их". Эта кровавая бойня и гибель - следствие идолопоклонства Ниневии и ее слишком успешных устремлений, направленных к тому, чтобы увлечь этим и других. "Это - за многие блудодеяния развратницы приятной наружности, искусной в чародеянии, которая блудодеяниями своими продает народы и чарованиями своими - племена".

Далее следует суровый приговор Бога, который когда-то пощадил Ниневию, а ныне дает ей знать, что это не просто ревность других, а его собственное намерение опозорить Ниневию, которая блудодействовала сама и развращала других: " Вот, Я - на тебя! говорит Господь Саваоф. И подниму на лице твое края одежды твоей и покажу народам наготу твою и царствам срамоту твою. И забросаю тебя мерзостями, сделаю тебя презренною и выставлю тебя на позор. И будет то, что всякий, увидев тебя, побежит от тебя и скажет: разорена Ниневия! Кто пожалеет о ней? где найду я утешителей для тебя?"

Стихи 8-10 служат как бы предостережением Ниневии, напоминая ей о разорении знаменитого Но-Аммона. То были не Александрия и Египет, а Тевец с его сотней ворот, который тем более обращал на себя внимание, что сами ассирийцы опустошали его во времена, предшествовавшие пророку и после него, пока Камбизий не вынудил его до дна испить чашу персидского высокомерия. "Разве ты лучше Но-Аммона, находящегося между реками, окруженного водою, которого вал было море, и море служило стеною его? Ефиопия и Египет с бесчисленным множеством других служили ему подкреплением; Копты и Ливийцы приходили на помощь тебе. Но и он переселен, пошел в плен; даже и младенцы его разбиты на перекрестках всех улиц, а о знатных его бросали жребий, и все вельможи его окованы цепями".

Затем, начиная со стиха 11, пророк обращается к Ниневии еще раз и объявляет ей, что ей придется нисколько не лучше: "Так и ты - опьянеешь и скроешься; так и ты будешь искать защиты от неприятеля". И действительно, Ниневию гораздо легче победить, о чем говорится в стихах 12,13: "Все укрепления твои подобны смоковнице со спелыми плодами: если тряхнуть их, то они упадут прямо в рот желающего есть. Вот, и народ твой, как женщины у тебя: врагам твоим настежь отворятся ворота земли твоей, огонь пожрет запоры твои". Приготовленные, насколько позволяли им возможности и требовало критическое положение, огонь и меч должны были обратить свои действия против обреченного города. "Начерпай воды на время осады; укрепляй крепости твои; пойди в грязь, топчи глину, исправь печь для обжигания кирпичей". Купцы, князья, сатрапы, вице-короли, дворяне, народ - все должны были исчезнуть, за исключением тех, кто должен был остаться лишь для того, чтобы навсегда погрузиться в забвение. Как и позже Вавилон, Ниневия никогда не восстанет как столица, но своего рода сила, преобладавшая в ассирийских и вавилонских монархах будет иметь своих представителей в последние дни. В то время порядок будет совершенно противоположный тому, каков он был в истории, - так показывает Писание. И это очень важное средство показать, насколько ошибочны взгляды тех, кто полагает, будто мы сталкиваемся с Вавилоном и Ниневией лишь в прошлом. Ибо история утверждает, что Ниневия пала первой. И действительно, низвержение ассирийской столицы было немаловажным шагом в провидении Бога во имя того замечательного и необычного для тех времен положения, до которого Вавилону разрешалось возвысится и какое Навуходоносор видел во сне, о котором Даниил напомнил ему и какое растолковал согласно высшей воле Бога небес.

Согласно древнему порядку, Ниневия возвысилась, заняв свое место как глава среди некоторых выделившихся держав, затем, как и предостерегал пророк, она была полностью разрушена, как до нее Египет. После нее Бог возвысил Вавилон до положения золотой главы - первого великого представителя имперской власти на земле. Падение Вавилона, первого, который был наделен такой властью, олицетворяет собой падение последнего из этих имперских держав. Последним господином той системы, которая возникла вместе с Вавилоном, будет зверь, или возрожденная Римская империя, и она придет в состояние отступничества в конце этого века. Ведь зверь соответствует халдейской монархии или Вавилону, рассматриваемому как имперская держава. Я, конечно, не подразумеваю под этим Вавилон, упомянутый в Откровении, потому как это явно извращает духовную власть. Но последнего держателя верховной власти в некоторой степени символизирует ее первый держатель; суд над Вавилонской империей ни в коей мере не затемняет суда над четвертой империей в ее возрожденной форме, когда она идет к гибели. Но это ясно, и важно отметить в пророческом повествовании о грядущем, что нечто, так похожее на Ассирию, будет иметь место после того, как рухнет Вавилон, но не прежде этого. В истории падение Ассирии предшествовало падению Вавилона. В будущем, согласно пророчеству, падение Ассирии произойдет после падения той державы, которая олицетворяет имперскую власть Вавилона. Поэтому различие между этими двумя державами исключает какие-либо споры со стороны тех, кто читает пророчество с верой, и тех, кто не согласен с тем, что все покончено с Вавилоном и Ассирией.

К такому же выводу можно прийти, прочитав весьма ясный намек Исаии: "О, Ассур, жезл гнева Моего! и бич в руке его - Мое негодование! Я пошлю его против народа нечестивого и против народа гнева Моего, дам ему повеление ограбить грабежом и добыть добычу и попирать его, как грязь на улицах". То есть Бог использует его как средство сбить спесь с Израиля. "Но он не так подумает и не так помыслит". Он лишь искал удовлетворения своей собственной гордыни. О, если бы Израиль встал за свою истинную гордость, за Бога, и смиренно взирал на него, чтобы оправдаться в своих деяниях! Но нет, они искали того же, что и язычники; и их Бог предал их в руки надменного и жестокого врага. Но, несомненно, если Бог наказал свой народ за грехи, то Он не преминет наказать невыносимое злодеяние своих врагов. "У него будет на сердце - разорить и истребить немало народов. Ибо он скажет: не все ли цари князья мои?" Это Ассур оценит и захочет еще большего, но Бог не позволит ему иметь все, что тот пожелает; добиться верховной власти - вот к чему он стремится; но эта власть была дарована Вавилону высшей волей Бога. "Халне не то же ли, что Кархемис? Емаф не то же ли, что Арпад? Самария не то же ли, что Дамаск? Так как рука моя овладела царствами идольскими, в которых кумиров более, нежели в Иерусалиме и Самарии, - то не сделаю ли того же с Иерусалимом и изваяниями его, что сделал с Самариею и идолами ее? И будет, когда Господь совершит все Свое дело на горе Сионе и в Иерусалиме, скажет: посмотрю на успех надменного сердца царя Ассирийского и на тщеславие высоко поднятых глаз его. Он говорит: силою руки моей и моею мудростью я сделал это".

Все это я напоминаю вам с той целью, чтобы вы, насколько это возможно, до конца поняли сущность приговора, вынесенного Ассуру. Это произойдет, когда Бог полностью завершит свое дело. Следовательно, мы здесь улавливаем важный момент божественной истины, а именно то, что Ассур (говоря теперь уже в обобщенном смысле) является последним. Это заключительный процесс перед тысячелетним царством (в полном смысле слова - царством мира), которое как раз и описывается в главе 11 книги пророка Исаии. Но из описанных там событий мы, между прочим, узнаем кое-что об антихристе. Господь убьет его духом своих уст; но еще не установлено время, когда это случится, как не установлено и время Ассура. Когда же мы прочтем следующие главы, то узнаем еще больше. В главе 14, например, сказано: "Ибо помилует Господь Иакова и снова возлюбит Израиля; и поселит их на земле их". Теперь становится очевидным, что весь народ Израиля, а не просто его часть, будет поселен на земле Палестины. Далее следуют определенные типы последних врагов израильского народа: "И будет в тот день: когда Господь устроит тебя от скорби твоей и от страха и от тяжкого рабства, которому ты порабощен был, ты произнесешь победную песнь на царя Вавилонского и скажешь: как не стало мучителя, пресеклось грабительство! Сокрушил Господь жезл нечестивых, скипетр владык, поражавший народы в ярости ударами неотвратимыми, во гневе господствовавший над племенами с неудержимым преследованием".

Затем мы узнаем, что вся земля отдыхает, и даже ад торжествует по поводу падения царя Вавилона - это, конечно же, метафорическая картина, хотя правдивая и величественная. Вавилонская империя, или первый зверь, до сих пор затмевает четвертого зверя, который существовал, а теперь не существует, но будет существовать. Этот зверь, как мы знаем, чрезвычайно тесно связан с антихристом, о котором говорил Иоанн; поэтому, на самом деле очень нелегко отличить друг от друга этих союзников во времена последнего беззакония. Изучающие пророчество находятся в большом разногласии по этому поводу, и это меня нисколько не удивляет, так как эти двое своими выходками так сильно напоминают один другого. Они имеют следующие главные характерные особенности: оба претендуют на божественное поклонение, оба сыграют большую и смешанную роль в великом грядущем отступничестве. Конечно, зверь является западной империей, но он также тесно связан с Иерусалимом, где человек греха воссядет в храме Бога. В Откровении (гл. 13) представлены два зверя, но лжепророк появится в Иерусалиме, в то время как главное местопребывание зверя - Рим. Жил ли он там или нет, человек сказать не может, однако вполне понятно, что где бы он ни жил, он завладеет древней столицей верховной власти - Римом, в то время как Иерусалим станет отступнической религиозной державой. Поэтому они настолько едины и сходны в своем поведении и своих целях, что немудрено и спутать их, хотя совсем не значит, что каждый из них не имеет своего определенного места и своего предназначения в будущем кризисе.

Эти два зверя настолько тесно связаны один с другим, что очень часто просто невозможно провести грань между ними. Поэтому многие думают, что, описывая Люцифера в 14-ой главе, Исаия имеет в виду антихриста, в то время как на самом деле это, оказывается, царь Вавилона, заряженный энергией сатаны. Тем не менее, самое большое коварство сатаны будет явлено не в звере, а в лжепророке; но поскольку тот и другой действуют на руку друг другу, временами очень трудно увидеть различия между ними. Фактически их обоих будут судить одновременно и обоих низвергнут живыми в огненное озеро. Поэтому даже если кто-то и спутает их друг с другом, то такую ошибку нельзя объяснить их гибелью; куда важнее, когда речь идет об их характере, действиях и обычной сфере деятельности. Казалось бы, что истинное различие между ними заключается в том, что у зверя большое политическое влияние и что лжепророк выше зверя в религиозном плане, а также то, что они делят испорченных между собой и таким образом приспосабливают друг друга к своему высокому положению и меньше всего думают о своей общей гибели, которая ожидает их. Зверь превозносит лжепророка, а лжепророк восхваляет зверя, и, таким образом, они взаимно поддерживают друг друга, как только могут поддерживать друг друга злые силы, а сатана управляет ими обоими и заставляет их поодиночке и вместе действовать вопреки Богу и Христу.

В конце той же 14-ой главы, когда Исаия заканчивает характеристику коварного царя Вавилона, олицетворяющего высокомерную высшую власть, мы находим то, что особенно следует принять во внимание: "С клятвою говорит Господь Саваоф: как Я помыслил, так и будет; как Я определил, так и состоится, чтобы сокрушить Ассура в земле Моей и растоптать его на горах Моих; и спадет с них ярмо его, и снимется бремя его с рамен их". Вот что было обещано в 14-ой главе книги пророка Исаии: "Таково определение, постановленное о всей земле, и вот рука, простертая на все народы, ибо Господь Саваоф определил, и кто может отменить это? рука Его простерта, - и кто отвратит ее?" Поэтому я считаю, что главы 10 и 14 книги пророка Исаии ясно дают понять, что грядущее падение Ассура отличается от падения царя Вавилона и последует за ним. Но, несомненно, в истории об этом не упоминается, ибо в прошлом разорение Ниневии имело место до того, как царь Навуходоносор стал золотой главой символа верховной власти. У историков, изучающих хронологическую последовательность исторических событий, складывается впечатление, что крах Ниневии имел место за шестьсот лет до рождения Христа. И если я не ошибаюсь, cэр Генри Роулинсон и другие придерживаются того мнения, что Ниневия пала почти на двадцать лет раньше обычно устанавливаемого срока. Хотя даже этого вполне достаточно; мы предоставляем археологам самим проанализировать эти факты. Для меня же это в данный момент не столь важно.

Мы знаем, что это имело место, по крайней мере, до возвышения Вавилона, которое произошло соответственно позже обеих установленных дат, и это самое главное. Единственно существенным моментом является вопрос, признанный со всех сторон: если это так, то очевидно, что если должно было произойти крушение Вавилона, а затем гибель Ассура, то это совершенно невозможно отнести к прошлому в качестве полного завершения пророчества.

Бог приложил особые усилия, чтобы обратить нас в будущее, где это пророчество в точности исполнится, и ничто не может быть более восхитительным, чем совершенство Слова Бога в отношении этого. Весьма важно то, что оно должно было завершиться в те дни, когда было написано. Это было необходимо ради покоя народа Бога. Чтобы подчеркнуть то, что это не исчерпывало всего содержания данного пророчества, изменился сам порядок, и все же это не является подробным объяснением данного факта. Итак, мы видим, что Бог пожалел свой народ, предохраняя нас от жалкой склонности считать это пророчество лишь немногим лучше, чем древний альманах, - как то, что свершилось и не находит более прямого применения. Но истина в противоположном. Пророчество завершилось, однако самое важное значение его предначертаний все еще скрыто в грядущем.

Нет необходимости подробно останавливаться на разнообразных формах злодеяний Ниневии, которые здесь раскрывают замысел пророческого духа. "Так и ты - опьянеешь и скроешься; так и ты будешь искать защиты от неприятеля. Все укрепления твои подобны смоковнице со спелыми плодами: если тряхнуть их, то они упадут прямо в рот желающего есть. Вот, и народ твой, как женщины у тебя: врагам твоим настежь отворятся ворота земли твоей, огонь пожрет запоры твои". Вот такой ужасной будет бессилие Ниневии, когда для нее пробьет час расплаты.

Кажется, что даже картина пьянства не лишена некоторого буквального смысла, хотя мы и можем представить себе, что опьянение в переносном смысле дает ложную гарантию безопасности в том состоянии, в каком находилась Ниневия, а спустя время и Вавилон. На самом деле хорошо известно, что Ниневию застало врасплох неожиданное нападение во время религиозного праздника, посвященного богам, что, возможно, напомнит нам о позорном пиршестве Валтасара, происшедшем в ту самую ночь, когда был взят Вавилон. Следовательно, имело место бесовское сборище, во время которого, с одной стороны, нечестивцы прославляли своих ложных богов, а с другой, бесславили истинного Бога. Короче говоря, этот сопровождавшийся пьянкой пир каким-то образом был связан с осадой Ниневии так же, как и с захватом Вавилона. Но способ захвата Ниневии весьма отличался от последнего, поскольку на стан Ниневии, по-видимому, напали неожиданно еще до того, как был взят город. Соответственно, в 1-ой главе книги пророка Наума мы читаем о том, как жители Ниневии были пойманы, подобно упившемуся пьянице в сплетшихся между собой ветках терновника.

Все это описано до повествования о взятии кровавого города. Но если так была взята Ниневия, то совсем иначе дела обстояли с Вавилоном. Известно, что пьяное пиршество царя Валтасара имело место в ту самую ночь, когда был взят Вавилон. В Ниневии неожиданное нападение на стан произошло прежде, чем пал город. Таким образом, взятие каждого города имело свои особенности, но в каждом отдельном случае появляется восхитительное совершенство Слова Бога. И опять-таки промежуток времени между падением Вавилона и крахом Ниневии может быть определен приблизительно в девяносто лет. Пленение Израиля произошло в период достижения Вавилоном превосходства, а он длился около семидесяти лет, и мы можем позволить себе прибавить еще несколько лет в связи с тем, что историки-хронологи не в состоянии установить точное время падения Ниневии. Несомненно, Ниневия была захвачена еще до того, как Навуходоносор обрел верховную власть, и поэтому более чем за шесть веков до появления Христа.

Как бы они ни старались, приговор, вынесенный через пророка, гласит: "Там пожрет тебя огонь". Так и произошло на самом деле, и из истории мы знаем, что когда царь понял, что не может больше себя защитить, он сам поджег дворец. Отнюдь не враги подожгли его дворец, как это произошло в халдейской столице. В Вавилоне враг добился победы именно таким путем, но совсем по-другому дело обстояло в Ниневии. Огонь не полностью пожрал Вавилон, который оставался поэтому униженным, но гордым городом, даже спустя много лет после смерти Александра Великого, который, кстати, почил там. А вот ассирийский город был полностью разрушен. Ниневия пала не только чтобы больше никогда не возродиться вновь, но даже чтобы ничего не сохранилось от нее. Рука, устроившая этот великий пожар, принадлежала несчастному вождю, который, видя всю безнадежность положения и невозможность спастись, окружил себя своими женами и наложницами и, собрав все свои драгоценные камни, золото и серебро и другие ценности, в отчаянии поджег все это.

Следовательно, описание гибели Ниневии нисколько не напоминает описание падения Вавилона. "Начерпай воды на время осады; укрепляй крепости твои; пойди в грязь, топчи глину, исправь печь для обжигания кирпичей". Увы! Все заботы были напрасны. "Там пожрет тебя огонь, посечет тебя меч, поест тебя как гусеница, хотя бы ты умножился как гусеница, умножился как саранча. Купцов у тебя стало более, нежели звезд на небе; но эта саранча рассеется и улетит. Князья твои - как саранча, и военачальники твои - как рои мошек, которые во время холода гнездятся в щелях стен и когда взойдет солнце, то разлетаются, и не узнаешь места, где они были. Спят пастыри твои, царь Ассирийский, покоятся вельможи твои [это полное крушение, равного которому нет и не было в истории]; народ твой рассеялся по горам, и некому собрать его. Нет врачевства для раны твоей, болезненна язва твоя. Все, услышавшие весть о тебе, будут рукоплескать о тебе, ибо на кого не простиралась беспрестанно злоба твоя?"

Тем не менее, можно заметить следующую разницу: Ассирия, несомненно, займет свое место в тысячелетнем царстве, причем довольно видное, - не Ниневия, а Ассирия (Ис. 19). Что же касается Вавилона или халдейской земли, то мы не услышим о них ничего, когда наступит время тысячелетнего царства. В разгаре своего суда Бог вспомнит о милости: Египет и Ассирия будут особым образом упомянуты, поскольку наряду с Израилем займут в тот день ведущее положение.